b000000588

— 60 — зовать его, какъ профессора й пзслѣдователя отступаютъ на второй и даже на третій планъ. Еакъ пзвѣстно, большой ученостыо Грановскій нпкогда ие отли- чался, да и не цѣнилх этого качества самого по себѣ. Однако-же, не слѣдуеть быть елпшкоыъ нлзкаго мнѣнія о историческпхъ познаніяхъ Грановскаго. Правда на его чтеніяхъ французскихъ псторлковъ въранніегоды молодостинастапваютъ, какъ кажется, напрасно: это чтевіе едва лп было такъ обширно, какъ это ут- верждаютъ, и во всякоыъ случаѣ не пршесло сколько-нпбудь замѣтныхъ пло- довъ. Внервые Грановскій началъ учиться исторіи за-граипцей — н началъ съ аз- буки. Онъ, однако, не жалѣлъ трудовъ и средствч., и успѣлъ много сдѣлать для курса уже въ это время. Въ начадѣ 1838 года онъ пишетъ, что «составилъ себѣ порядочную псторпческую бпбліотеку, особдиво для средншхъ вѣковъ», — и прпбавляетъ: «хочу чптать псторію средшіхъ вѣковъ на славу».Въ слѣдующемъ году онъ началъ этотъ курсъ въ Московскомъ уішверситетѣ — работалъ опяхь по 10 часовъ въ суткп, «учплся съ каждыиъ днемъ» и находплъ, что теперь только начинаетъ поииыать исторію въ связп. Ж тѣмъ не менѣе, кончая этотъ первый курсъ, онъ ппшетъ, что «самъ недоволенъ» свошш лекціями п ни за что не согласился бы нрочесть еще разъ то, что чпталъ. Черезъ годъ, лѣтомъ1841 г., онъ пишехъ невѣстѣ, что „много чптаетъ" п „готовитъ матеріалъ для курса а : „у меня нѣтъ охоты", прпбавляетъ онъ, „читать по старымъ тетрад- камъ, составленнымъ два года тому назадъ, когда я былъ еще новичкомъ". Слпченіе нашей записп съ собственноручнымъ конспектомъ 1839 года покажетъ конечио, насколько Грановскій подвинулся впередъ въ знакомствѣ съ предметомъ. Пріѣздъ Еудрявцевавъ 1847 г. было новыыъ толчкоыъ къ спеціалъной работѣ, п слпченіе записп 1845—46 гг. съ печатными. статьями пятпдесятыхъ годовъ по- казываетъ, какъ мы знаеиъ, что Грановскій продолжалъ пересматрпвать своп ынѣнія по отдѣльнымъ вопросамъ курса и иногда совершенно пхъ измѣнялъ въ результатѣ такого пересмотра. Такпыъ образомъ, втеченіе своей профессорской дѣятельности Грановскій услѣлъ переработать ыассу новаго матеріала. Конечпо, это должно было внестіі значптелыіыя измѣненія и въ содержаніе его воззрѣній. Мы впдѣлп однако, что за десятв лѣтъ до смерти первыя впечатлѣнія все еще остаіотся у него наиболѣе спльнымн: нѣмецкія изслѣдованія,накоторыхъ онъ выучплся понимать псторію, продолжаіотъ имѣть перевѣсъ : надъ французскпми, п общая концепція остается гегеліанской. Правда, въ послѣдніе годы жпзнп основныя воззрѣнія Грановскаго какъ будто началп подаваться передъ новыми вѣяніямп временп. Онъ стадъ на- ходить,напр. что псторія должна выдти пзъ сферы наукъ чисто филологическпхъ п запмствовать свой матеріалъ пзъ естественныхъ наукъ. Іадо того, онъ на- чалъ даже склоняться новпдпмому, къ мнѣпію, что псторія должна запмствовать у естественныхъ наукъ и пхъ методъ и даже пхъ^орму изложенія. «Ясно, го- ворплъ онъ въ 1852 году, «что прп настоящемъ состояніи псторіп она должна отказаться отъ притязапій на художествениую закончешюсть формы,.. и стре- мпться къ другой цѣли, т. е. къ приведенію разпородныхъ стихій подъ одно едпнство науки». Это была уже ересь, — пЕудрявцевъ горячо протестовалъ про- тивъ новыхъ теорій учптеля во пмя его собственнаго стараго взгляда. Едва лп, конечпо, Грановскій пзмѣнилъ бы кореннымъ образомъ свож воз-