b000000586

НАДЕЖДЫ ПТАЛІІ1. скаго либерализма", какъ называлъ его Меттернихъ; нѣтъ, оно было вы- сокимъ и благороднымъ протестомъ всего полуострова противъ австрій- скаго угнетенія; оно доказало, что Италія, эта плачущая Магдалина у креста своихъ мучениковъ, способна мстить за кровныя обиды дѣтей. И Австрія поняла, что можно разстрѣливать, бить палками и хоронить мучениковъ, но нельзя закопать въ землю народнаго духа. „Повсюду", говорить бывшій тріумвиръ Флоренціи, „гдѣ находятся Австрійцы, на- родъ начинаетъ битву; повсюду, гдѣ ихъ нѣтъ, народъ помогаетъ воз- станію. И нападепіе и помощь носятъ характеръ демократическій, по- тому что вызваны однимъ и тѣыъ же національпымъ духомъ: въ Италіи національное и демократическое чувство- шраздѣ.іьны " . (Метогіе сіі Моп- ІапеШ, т. II, стр. 183). Въ послѣднемъ замѣчаніи итальянскаго мыслителя заключается объ- лсненіе труднаго положенія современной Италіи. Въ исторіи нобѣжден- ныхъ народовъ всегда была особенньшъ бѣдствіемъ противоположность національныхъ интересовъ. Если завоеватель и завоеванный не имѣютъ между собой ничего общаго, они, обыкновенно, вытѣсняютъ другъ друга и никогда не сливаются въ одно стройное политическое существо. Съ одной стороны можетъ дѣйствовать чисто матеріальная сила, съ другой подчиненіе этой силѣ, но никогда — полной нравственной гармоніи. Глу- боікй и раздирающій антагонизмъ есть неизбѣжное слѣдствіе этого не- нормальнаго состоянія. Въ такомъ уродливомъ отношеніи находится Ир- ландія къ Англіи. Противоположность племенная и религіозная поставили ихъ въ то враждебное состояніе, которое, къ сожалѣнію, такъ тяжело для первой и такъ позорно для второй; но Ирландія, по крайней мѣрѣ, соедини- лась съ страной свободной и если не пользуется всѣми выгодами соціальна- го развитія ея, то всегда находитъ сочувствіе въ общественномъ мнѣніи и облегченіе въ постепенныхъ реформахъ. Точно въ такомъ отноженіи — Италія къ Австріи, съ тѣмъ, однакожъ, различіемъ, что здѣсь предста- вительная система замѣняется военнымъ деснотизмомъ. Между имперіей и Ломбардо-Венеціанскиыъ королевствомъ нѣтъ и не можетъ быть един- ства. Ихъ раздѣляетъ различіе языка, племени и политическихъ инстинк- товъ. Правда, Италія не разработала, не воспитала въ себѣ достаточно демократическія начала; но они всегда были ей свойственны и никогда не терялись. Она приняла ихъ вмѣстѣ съ исторіей десяти вѣковъ и со- хранила для всѣхъ внутреннихъ и внѣшнихъ потрясеній. Въ слѣдствіе этого, столкнувшись съ Австріей, совершенно случайно, чтобъ не ска- зать произвольно, на одной исторической ночвѣ, она не можетъ сво- бодно и естественно слиться съ своимъ побѣдителемъ; напротивъ, съ 1815 года она постоянно чувствовала возраставшую антипатію къ австрій- ской монархіи; по закону взаимнаго оттолкновенія эти два тѣла чѣмъ ближе, повидимому, соприкасались, тѣмъ дальше расходились. Между ними, какъ крайними полюсами, вмѣсто экватора, лежитъ бездонная пропасть. 442