b000000586

ИМІІВРІЯ ДЕКАБРЬСКОЙ НОЧИ. Затѣмъ началась подпольная война противъ прессы. Нельзя сказать , чтобы пресса особенно возвысила себя въ глазахъ общества во время своей полной свободы, но все таки она обезпечивала независимость слова тѣмъ изъ писателей, которые дорожили своимъ достоинствомъ. Реакція, дѣй- ствуя въ интересахъ президента, ограничила эту независимость закономъ, установившимъ, какъ непремѣнное условіе журналиста, подпись имени ав- тора. Бъ спокойное время эта мѣра не могла имѣть ощутительныхъ неу- добствъ для писателя-публициста, но теперь, среди самаго разгара преслѣ- дованій и борьбы партій, она была закономъ ненависти, какъ выражались тогда. Преслѣдованіямъ личности и его убѣжденій открывалось обширное поле. Въ то же время партія Луи-Наполеона усилила свою пропаганду, раздавая тайныя субсидіи продажнымъ писакамъ и основывая свои органы. За исключеніемъ двухъ-трехъ газетъ, съ независимымъ направленіемъ, вся остальная журналистика распредѣлялась между интересами консер- вативныхъ партій и стремленіями елисейскаго дворца. Были даже пла- тоническіе лакеи, которые являлись сами къ президенту республики и предлагали ему свои услуги для возстановленія императорской Франціи. Къ числу этихъ публицистовъ принадлежалъ и Монталамберъ. Обезпечивъ себя со стороны народнаго образованія и прессы, ели- сейская компанія легко могла справиться съ третьей и самой главной силой — съ арміей. По положенію конституціи армія находилась въ рас- поряженіи исполнительной власти, т. е. президента республики и, слѣ- довательно, не было особеннаго труда склонить ее на свою сторону, тѣмъ болѣе, что послѣ іюньскихъ дней между народомъ и войскомъ легла цѣлая пропасть антипатій и ненависти. Для Луи-Наполеона, при строгой французской дисциплинѣ, опасность была не въ рядовой массѣ, — она безусловно повинуется своимъ начальникамъ, — а въ высшихъ военныхъ чинахъ. Удалить людей опасныхъ его замыслу и поставить на мѣсто ихъ своихъ сообщниковъ было главной заботой президента. Исполненіе этой' задачи онъ поручилъ одному изъ своитъ адъютантовъ — полковнику Флери. Тотъ отправился въ Алжиръ дѣлать генераловъ и приготовилъ тамъ Луи-Наполеону Сентъ-Арно и Маньяна. Передъ декабрьскимъ перево- ротомъ всѣ высшіе военные посты занимались людьми, вполнѣ посвящен- ными въ тайну предстоящаго Соир сГёіаі. Такимъ образомъ переворотъ былъ готовъ гораздо раньше декабрь- скихъ дней. Оставалось только осуществить его въ болѣе удобную ми- нуту. Кому принадлежитъ самая программа исполненія — Морни или Луи- Наполеону — это пока остается дѣломъ темнымъ, но послѣ Сицилійскихъ вечерень и Варфоломеевской ночи декабрьскіе дни должны занимать первое мѣсто въ исторіи. Почему съ безоружнымъ городомъ понадобилось такое кро- вопролитное насиліе, почему на самыхъ искреннихъ и преданныхъ друзей Луи-Наполеона, какъ онъ называлъ рабочихъ, выпущена была страшная облава генераломъ Сентъ-Арно — это пока извѣстно только одной совѣсти 25 385