b000000586

ІІІ I ІІІ II ІІІІІІ ІІІ ;І; |п; ІІІІ ш ! ІІІ 1 Косьмы Медичиса, наконецъ, общее настроеніе умовъ, жаждавшихъ живаго знанія, все это вмѣстѣ подорвало кредитъ перипатетика и его школы. Такъ Сорбона встрѣтила одну изъ самыхъ благотворныхъ реформъ. Впослѣдствіи, съ тѣмъ же непостижимымъ упорствомъ, она старалась забить всѣ щели, чрезъ которыя проходидъ въ нее новый свѣтъ. Чрезъ восемдесятъ лѣтъ цослѣ Рамэ, она выхлопотала у парламента государ- ственный декрета, по которому, подъ угрозой смертной казни, было запрещено дотрогиваться до Аристотеля. (Мет. р. 54). Но законъ — пу- стой звукъ, если онъ идетъ наперекоръ потребностямъ народнаго духа. Авторитета Сорбоны — съ каждымъ днѳмъ больше и больше ослабѣвалъ, и голосъ ея часто вопіялъ въ пустынѣ. Метода Рамэ была принята другими учебными заведеніями, которыя въ это время быстро распространялись и существовали независимо отъ университета. Іезуиты, уволенные папой Юліемъ III отъ университет - скаго надзора, разбросили свои тенеты изъ клерыонской коллегіи по всей Франціи. Они употребили ученіе орудіемъ своей пропаганды, ^ по- тому не щадили никакихъ средствъ для привлеченія юношества; дей- ствуя на его фантазію и чувство, они нравились своимъ питомцамъ, которые охотно сосали медленный ядъ цодъ розовой оболочкой. Въ то же время начала дѣйствовать французская коллегія; она первая ввела методу Рамэ, и тому была обязана своимъ иревосходствомъ надъ Сорбо- ной, которая остается за ней и до настоящей минуты. Послѣ Рамэ и до конца прошлаго вѣка мы видимъ рядъ новыхъ по- пытокъ преобразовать ученіе парижскаго университета. Такъ, при Ген- рихѣ IV изданъ былъ особенный регламента, по которому введено было преподаваніе древнихъ классиковъ: Гомера, Гезіода, Пиндара, Платона и Демосоена; при Ролланѣ, который былъ двадцать лѣтъ ректоромъ Сор- боны и подъ руководствомъ котораго учился нашъ „піита" Тредьяков- скій, былъ данъ толчекъ историческимъ наукамъ; въ 1712 году потре- бовали для университета націоналънаю образованія, которое бы отвѣчало условіямъ народной жизни. Ролланъ (Коііаші) доказывалъ необходимость спеціальныхъ заведеній, морскихъ, коммерческихъ и ремесленныхъ школъ и равномѣрнаго образованія во всѣхъ классахъ и сословіяхъ. Но всѣ эти улучшенія и попытки или не осуществились или были такъ слабы, что самый духъ ученія остался неприкосновеннымъ. Впрочемъ, это — обыкно- венный удѣлъ полумѣръ и частныхъ измѣненій, когда учебное заведе- ніе поставлено на ложномъ основаніи: сколько ни украшай и какъ ни перестроивай больницу, безъ лекарствъ и хорошихъ медиковъ — онаотсы- лаетъ прямо на кладбище.... на Воотопѣ, въ византійской имперіи, онъ госішдствовалъ въ наукѣ. Этой чертой, между ирочииъ, опредѣляется раздичіе умственныхъ нанравленій того и другого міра. Влія- ніе Платона отразилось и на древней русской литературѣ, для которой этотъ вопросъ чрезвычайно важенъ. 348