b000000586

ЗНАЧЕТТТЕ ПАРТІЖСКАГО УНТГВЕРСИТЕТА. ніемъ Абеляра, его ѣдкоіі критикой надъ ихъ развращенными нравами, — они раздражали, огорчали его и покушались на самую его жизнь. Онъ пе- реселился на другой коиецъ Франціи, въ Бретань, но и здѣсь не дали ему покоя. Его призвали къ новому суду, собравшемуся въ Сансѣ, подъ предсѣдательствомъ самого короля и Сэнъ-Бернара. Дѣло опять шло о ереси. Судьи даже не выслушали обвиненнаго, который долженъ бшъ безмолвно принять ихъ нриговоръ. Есть случаи такого неправосудія, когда ему какъ будто совѣстпо или страшно встрѣчаться лицомъ къ лицу съ своей жертвой. Абеляръ былъ осужденъ. Иннокентій II при- казалъ сжечь его книги въ Римѣ; школа его была закрыта навсегда, и Абеляръ не имѣлъ болѣе нріюта въ отечествѣ. Беранже, защитникъ его, пишетъ: „Лисицы имѣютъ свои норы, птицы ыебесныя — ^свои гнѣзда, а Петръ не знаетъ, гдѣ преклонить голову". (АЪёІагсІ, Еешизаі і. I, р. 236). Такимъ образомъ кончилась карьера геніальнаго человѣка. Онъ умеръ въ 1142 году. Мы остановились на этой личности дольше, чѣмъ слѣдовало намъ, потому что мы не можемъ безъ сочувствія проходить мимо могилъ, на которыхъ лежитъ двойной вѣнецъ — • славы науки и страданій за нея. При- томъ Абеляръ служитъ доказательствомъ: какимъ неизмѣримымъ раз- стояніемъ иногда отдѣляется бодрая мысль отъ окружающаго дѣйстви- тельнаго міра, и какой твердости, какихъ усилій она требуетъ отъ своего поборника, чтобы проникнуть въ массы. Абеляръ по уму стоялъ выше толпы, и его преслѣдовала зависть; его правое слово, его живая идея' увлекали за собой тысячи людей безпристрастныхъ, покорныхъ одной истинѣ; и наперекоръ этому общему влеченію, его лишаютъ каѳедры, заставляютъ молчать, поражаютъ проклятіемъ... Съ нобѣдой надъ Абе- ляромъ, реалисты и враги всякаго нововведенія одержали побѣду надъ всей школой номиналистовъ. Впродолженіе двухъ вѣковъ ома не смѣла поднять голоса среди повсемѣстнаго насилія и невѣжества. Вскорѣ за- тѣмъ Суассонскій соборъ запретилъ чтеніе произведеній Аристотеля и' осудилъ ихъ на сожженіе, какъ источникъ ересей (Шзіоіге еі сгііідие гіе 1а гёѵоіиііоп Сагіёзіеппе, раг ВоиШег, р. 3 — 10). Процессъ былъ проигранъ не однимъ Абеляромъ, но вмѣстѣ съ нимъ всѣмъ человѣче- ствомъ. Впрочемъ, идеи не умираютъ въ тюрьмѣ и не горятъ на кострѣ; запавшія въ душу народа, онѣ живутъ вѣчно, и невидимо переходятъ отъ одного поколѣнія къ другому. Несмотря на пораженіе, Абеляръ остался нобѣдителемъ — это лучшая его анооеоза. Ученіе его пробудило любознательность въ слушателяхъ, проникло въ среду ихъ, и именно съ этого времени Парижская школа дѣлается центромъ умственнаго дви- женія средневѣковой Европы. „Отъ Сэнъ-Женевл.евы до Нотръ-Дамъ, по всѣмъ улицамъ, на обоихъ берегахъ Сены и на мостахъ, болѣе или менѣе извѣстные профессора открыли свободное пренодаваніе и при- глашали, какъ мірянъ, такъ и духовиыхъ, приходить слушать ихъ... 335