b000000586

ТЮРГО. хирурговъ, которымъ парламентъ далъ право завивать волосы и по- правлять парики. Гі Если королевская власть, говорить Левассеръ, — со- хранила тотъ же духъ фискальной системы относительно корпорацій, то корпораціи ничего не измѣнили въ духѣ своего эгоизма". (Нізіоіге йез сіазвев оиѵгіёгеа, т. II, стр. 351, 352 и проч.). Дѣйствительно, поло- женіе ремесленника попрежнему было рабское; при Кольберѣ, прави- тельство, по крайней мѣрѣ, поощряло его, теперь и этого не было; онъ вполнѣ зависѣлъ отъ хозяина, не только въ матеріальномъ, но и въ нравственномъ отношеніи. Старшина цеха опредѣлялъ его способности и поведеніе; онъ не могъ, прежде извѣстнаго времени, выйдти изъ уче- никовъ или оставить мастерскую, и ни въ какомъ случаѣ не могъ про- тестовать — сіе ^асіо — нротивъ насилія или несправедливости. Впро- чемъ, въ 1755 году, каждому французскому подданному позволено было свободно переходить изъ одного города въ другой, но и здѣсь положено ограниченіе: четыре лучшіе города — Парижъ, Ліонъ, Іиль и Руанъ оста- лись па прежнихъ правахъ, т. е., работники ихъ не могли заниматься на фабрикѣ другого города, кромѣ того, гдѣ они были записаны въ цехъ. Но что было особенно вредно, Лудовикъ XV старался подчинить ремесленный классъ дисциплинѣ. Вѣроятпо, опасаясь будущаго развитія новыхъ элементовъ, враждебныхъ абсолютной власти, такъ какъ они были нѣкогда враждебны феодальной, онъ предупреждалъ всякую свободную ассоціацію, запрещалъ собранія и тайныя общества; онъ хотѣлъ при- ковать работника къ мастерской или цеху, какъ американскій плапта- торъ приковываетъ негра къ цѣпи. Все это вмѣстѣ не только убило духъ изобрѣтенія и предпріимчивости, но отняло всякую охоту и энер- гію у индивидуальнаго труда. Французскій ремесленникъ XVIII вѣка не многимъ разнился отъ безличнаго раба древней Спарты или новаго Каира (см. Ьеѵаззеиг. НМ. Дез сіавзез оиѵг., т. II, стр. 419 — 436). Закрѣпляя корпорацію, Лудовикъ XV, въ то же время, торговалъ служебными мѣстами. ' Лоу избавилъ промышленность отъ многихъ стѣ- снительныхъ узаконеній; онъ открылъ границы и порты свободному ввозу кожи, шелка, угля, хлѣба и пеньки; онъ уничтожилъ много долж- ностей на таможняхъ и рынкахъ, и такъ какъ деньги ничего не стоили ему, то онъ вознаградилъ упраздненныя мѣста очень легко. Людо- викъ XV возобновилъ ихъ. Этого мало; онъ придумалъ и распростра- нилъ много новыхъ. Такъ, во всѣхъ ремесленныхъ корпораціяхъ были введены инспекторы, приставные контролеры и смотрителя въ купече- скихъ общинахъ; за мѣрой, вѣсами, перевозкой и нагрузкой товаровъ, за складкой ихъ въ магазины, за выставкой на нлощадяхъ, — вездѣ наблюдали особенные чиновники. Въ одномъ Парижѣ число ихъ про- стиралось до 3,200. Съ увеличеніемъ бюрократіи и полицейскаго над- зора за частными интересами, по необходимости, усложнялось самое законодательство: къ старымъ статутамъ прибавлялись новые; ихъ но- 285