b000000586

КОЛЬБЕРЪ И ЕГО СИСТЕМА. Вторая половина XVII вѣка была эпохой величайшаго переворота для Франціи. Старая, давнишняя борьба феодальнаго начала съ монархиче- скимъ окончилась подпой побѣдой въ пользу абсолютной власти. „Ь'ёМ с'е8і яіоі" — Людовика XIV было послѣднимъ выраженіемъ личпаго про- извола короля и окрѣпшей государственной централизаціи. На облрмкахъ мупиципальныхъ правъ и индивидуальной жизни является политическое единство, повитое интригами Ришелье, загрязненное корыстолюбіемъ Ма- зарини и, облитое кровью безчисленпыхъ жертвъ, безмолвно ногибшихъ въ Бастиліи. Послѣ Фропды, послѣдняго деМократическаго движенія сред- нихъ вѣковъ, какъ 63'дто по мановепію магическаго жезла, встаетъ королев- скій авторитетъ, окруженный внѣшпимъ блескомъ силы, побѣдъ, талаптовъ, монументальной роскоши и ароматомъ лести. Наука, гіоэзія; искусство и церковная проповѣдь — ■ все преклоняется передъ кумиромъ новой власти, все нщетъ „ея милости и взгляда". Олицетвореніемъ этой эпохи быдъ человѣкъ, любившій деспотизмъ съ какимъ-то религіознымъ чувствомъ. Воспитанный подъ руководствомъ хитраго кардинала, подъ вліяніемъ суевѣрной матери, въ кругу ханжей и придворпыхъ лакеевъ, Людовикъ XIV соедипяетъ въ себѣ самые рѣзкіе контрасты. Гордый передъ па- родомъ, надменный передъ иностранными властителями, но смиренный въ кругу друзей и старыхъ аббатовъ, вѣжливый на словахъ съ предан- ными ему женщинами, но грубый съ ними на дѣлѣ, храбрый внѣ опас- ности, но трусъ передъ лицомъ ея, хитрый и откровенный, щедрый на обѣщанія и неблагодарный, онъ семьдесятъ лѣтъ держитъ въ своей рукѣ судьбу народа. Характеръ его отпечатлѣвается на всемъ обществѣ. Въ этомъ обществѣ, потрясенномъ гражданскими смутами, съ убитой политической совѣстью, верховнымъ закономъ становится безусловная покорность одной волѣ. Въ немъ бродятъ разнообразные элементы: мо- лодая отвага Донъ-Жуана съ рыдарствомъ Донъ-Кихота, шутовство Ска- 229