b000000560

Б. Н. АЛМАЗОВЪ. 1 ] Зъ татарскомъ халатѣ, за старымъ бюро Зидитъ онъ и злобно кусаетъ перо. Ізъ тёмной передней предъ нимъ вдругъ предсталъ Прихвостникъ всѣхъ русскііхъ талантовъ, Редакторовъ русскихъ курьеръ и фискалъ, I Наперсникъ неопытных!, франтовъ, Ідя сплетенъ и кіяузъ встающій чѣмъ свѣтъ — Й сплетнику водки подносить поэтъ. Скажи мнѣ, Тряпичкинъ, какъ въ обществѣ львовъ Находятъ мои сочиненья, II скороль, на гибель отчизны враговъ, Эобранье моихъ громозвучныхъ стиховъ Достигнетъ второго тисненья? ^кажи мнѣ всю правду, не бойся— и въ даръ І5а то ты получишь стиховъ экземпляръ." ; ,Мы, денди и львы, не боимся писакъ; Стихи же твои мнѣ не нужны. Іопробуй, сгруби ынѣ— отдѣлаютъ таю.: Со мной веѣ редакторы дружны. і въ Питерѣ знаю весь избранный кругъ По скачкамъ, гуляньямъ и клубамъ; ^амъ Гречъ мнѣ родня, Григоровичъ мнѣ другъ, Я даже „на ты" съ Соллогубомъ. Зашъ критинъ извѣстный играетъ въ ланскне Съ моею прислугой въ передней; кскоченскій чай пить заходитъ ко мнѣ, ! Идучи отъ ранней обѣдни; йнѣ деньги разъ двадцать взаймы предлагалъ Андрей Александрычъ Ераевскій, I въ долгъ папиросы всегда отпускалъ Редакторъ Мишель Достоевскій; Декрасовъ иартнёръ мой: съ нимъ въ клубѣ сижу За картами я до разсвѣта, Зъ Тургеневымъ вмѣстѣ на утокъ хожу И съ Майковымъ ужу всё лѣто; Іанаевъ впервые у Шармера фракъ По мбему сдѣлалъ совѣту; Іерѣдко у Мея пивалъ я коньякъ И риемы иодыскивалъ Фету. Іванъ Гончаровъ для меня издаётъ Романъ для мадамъ Бѣловодовъ, і. Гербель, какъ встрѣтитъ, сейчасъ иристаётъ: „Изъ Шиллера дай переводовъ". 'ромека мнѣ отдалъ свой синій картузъ Въ тотъ день, когда снялъ эполеты, I Боткинъ привёзъ мнѣ мѣшокъ кукурузъ, А тёщѣ моей кастаньеты; )ъ Бодянскимъ я вмѣстѣ въ казакахъ служилъ, А съ Хавскимъ Петромъ— въ лейбъ-гусарахъ; Про Пушкина Анненковъ мнѣ говорилъ, При встрѣчѣ со мной въ Чебоксарахъ, А Писемскій часто при мнѣ умиралъ— Разъ сорокъ: какія страданья! Отходную съ чувствомъ надъ нимъ я читалъ, А онъ диктовалъ завѣщанье. Толстой Алексѣй, Теофилъ и Леонъ. И всѣ что ни пишутъ Толстые— Ихъ много: названіе имъ легіонъ— Со мной хороши чуть не съ самыхъ пелёнъ... Такіе всё, право, чудные! Ристори съ Ольриджемъ, Рашель съ Бурдинымъ Мои иосѣщали салоны; Бурдинъ безъ утайки, но пй ухо, имъ Открылъ, какъ любимымъ адеитамъ своимъ. Искусства святые законы. Въ Москвѣ каждый вечеръ я въ клубѣ сижу: Тамъ царствуетъ Лонгиновь Миша. Кричитъ онъ ужасно; я только твержу: „Мой милый, потише, потише!" При мнѣ всѣ комедьи свои написалъ Извѣстный писатель Островскій; Во всѣхъ мнѣ изданьяхъ пан предлагалъ Извѣстный издатель ОсновскШ. Съ Садовскимъ знакомь я; Мартынова зналъ: Я другъ п наставникь артистовь! И даже мнѣ руку однажды пожаль— Повѣрить ли кто?— Ѳеоктистовъ! Нашъ Щеикинь не разъ про Жакартовъ станокъ Разсказывалъ мнѣ со слезами; Я тоже отъ слёзъ удержаться не могъ— И плакали Корши всѣ съ нами. 13ь печатнѣ Каткова я часто внималъ Тисненья торжественный грохотъ; Мнѣ Павелъ Якушкинь самъ пѣсни пѣвалъ, И слышалъ я Кетчера хохотъ. Л зрѣль драматурговъ россійскихь главу Потѣхина -то-есть второго, И въ Брынскихъ лѣсахь середь дня, наяву, Григорьева видѣлъ живого! Всѣ двѣсти россійскихь писательницъ-дамъ Мнѣ туфли кь святой нашивають; Колошинъ Сергѣй и калужскій Имамь Меня одного уважають. При мнѣ Аѳанасьевъ, московскій Нарцисъ, Глядѣлся въ колодезь въ Мытищѣ; Кузьма Солдатёнковь— Козьма Медились— При всѣхъ на Рогожскомь кладбищѣ Меня поощряль и обѣдъ мнѣ давалъ, И дачу мнѣ съ прудомъ купить обѣщалъ.