b000000560

542 О. А. АНДРЕЕВСКІЙ. Но ихъ въ мою тетрадь я заносить боялся: Больную мысль страшилъ растущій ихъ итога... Такъ медлитъ счетъ свести неопытный игрокъ, Съ отчаяньемъ въ груди сознавъ, что про- игрался... Сегодня совѣсть мнѣ отсрочки не даетъ... За чт5? чтб сдѣлалъ я?.. За чтЬ меня гнететъ Мое минувшее, какъ память преступленья? Я жилъ, какъ всѣ живутъ, — какъ всѣ, я убивалъ Безцѣльно день за днемъ и рабски отгонялъ Укоры разума и думы, и сомнѣнья! Яжилъ,какъ всѣ живутъ, — а въ этотъ часъ ночной, Быть можетъ, я одинъ съ мучительной тоской Въ тайникъ души моей спускаюсь безпри- страстно... И тихо все кругомъ, и за моимъ окномъ, Окованный луны холоднымъ серебромъ. Недвижный городъ спитъ глубоко и без- страстно. V. Я вчера еще радъ былъ отречься отъ счастья... Я презрѣньемъ клеймилъ этихъ сытыхъ людей, Промѣыявшихт: туманы и холодъ ненастья На отраду и ласку весеннихъ лучей... Я твердилъ, что покуда на свѣтѣ есть слезы И покуда царитъ непроглядная мгла, Безконечно постыдны заботы и грезы О теплѣ и довольствѣ родного угла... А сегодня — сегодня весна золотая, Вся въ цвѣтахъ, я въ мое заглянула окно — И забилось усталое сердце, страдая. Что такъ бѣдно за этимъ окномъ и темно... МилыГ; взглядъ, мимолетнаго полный участья. Грусти въ прекрасныхъ чертахъ молодого лица, И безумно, мучительно хочется счастья. Женской ласки и слезъ, и любви безъ конца!.. С. А. АНДРЕЕВСКІЙ. і. ДУМА. Какъ жутко въ чудный, свѣтлый день, Въ концѣ весны, въ началѣ лѣта. Когда цвѣтетъ уже сирень И ландышъ не утратилъ цвѣта — Замѣтивъ снѣжное пятно Въ глухомъ, безжизненномъ оврагѣ, Гдѣ долго прячется оно, Въ пріютѣ сумрака и влаги... Такъ наше сердце иногда Смущаетъ горестная дума, И старость мертвая угрюмо Грозится издали, когда. Еще въ цвѣтущіе года. Среди красотъ незаиѣнииыхъ, Завѣтовъ жизненной весны,— Случится намъ, въ кудряхъ любимыхъ, Подмѣтить наши сѣдины. II. Въ темной тучкѣ, звѣздное свѣтило. Сквозь дымокъ на Вожій міръ гдядѣло, И, мигая, сердцу говорило: „Не тоскуй, жди лучшаго удѣла!" — „Безполезны, звѣздочка, намеки! Въ сѣрой тучкѣ скоро ты утонешь. Небеса при жизни мнѣ далеки, А въ могилу свѣта не заронишь..." III. Отъ милыхъ строкъ, начертанныхъ небрежно, Когда-то жившаго рукой. Незримый духъ безропотно и нѣжно, Намъ вѣетъ тихою тоской! Безмолвенъ гробъ, портреты безотвѣтны, И вы лишь, блѣдныя слова, Забытымъ здѣсь даете знакъ завѣтный. Что тѣнь души еще жива! IV. ПІумятъ ручьи, подснѣжные ручьи... Иная жизнь торопится на смѣну. Ничей запретъ, и жалобы ничьи — Не отвратятъ благую перемѣну! Богатыхъ льдовъ заплачутъ хрустали, Сѣдыхъ полей истреплются порфиры, И вздохъ, и паръ поднимутся съ земли. Летя на встрѣчу вольнаго эфира, И звучный кликъ пошлютъ подъ небеса Хрипѣвшіе иодъ стужей голоса, И чуждыхъ страиъ невѣдомыя птицы Влетятъ въ окно провѣтренной темницы.