b000000560

Г. Р. ДЕРЖАВИНЪ. 41 Оставя скнпетръ, тронъ, тертогъ, Бывъ сіранникомъ въ пыли и въ потѣ, Великій Пёіръ, какъ нѣкій богъ, Блисталъ велнчествомъ въ работѣ. Почтенъ и въ рубищѣ герой! Екатерина въ низкой долѣ, И не на дарскомъ бы престолѣ, Была великою женой. И впрямь, коль самолюбья лесть Не обуяла-бъ умъ надменный — Что наше благородство, честь, Какъ не изящности душевны? Я князь — коль мой сіяетъ духъ; Владѣлецъ — коль страстьми владѣю; Боляринъ — коль за всѣхъ болѣю. Царю, закону, церкви другъ. Вельможу должны составлять Умъ здравый, сердце просвѣщенно; Собой примѣръ онъ долженъ дать. Что званіе его священно, Что онъ орудье власти есть. Подпора царственнаго зданья. Вся мысль его, слова, дѣянья Должны быть — польза, слава, честь. А ты, второй Сарданапалъ, Къ чему стремишь всѣхъ мыслей бѣги? На то-ль, чтобъ вѣкъ твой протекалъ Средь пгръ, средь праздности и нѣги? Чтобъ пурпуръ, злато всюду взоръ Въ твоихъ чертогахъ восхищали. Картины въ зеркалахъ дышали, Мусія, мраморъ и фарфоръ. На то-ль тебѣ пространный свѣтъ. Простёрши раболѣпны длани. На прихотливый твой обѣдъ Вкуснѣйшихъ яствъ приносить дани. Токай -густое льётъ вино,*: Левантъ — съ звѣздами кофе жирный, — Чтобъ не хотѣлъ за трудъ всемірный Мгновенье бросить ты одно? Тамъ воды въ просѣкахъ текутъ И, съ шуиомъ вверхъ стремясь, сверкаютъ; Тамъ розы средь зимы цвѣтутъ, блеиа и прислала ему въ подарокъ нѣсколько лентъ и звѣздъ, которыя онъ и носилъ на себѣ, какъ равно и множество другихъ лентъ, присылаемы}» ему городскими шутниками. И въ рощахъ нимфы восиѣваютъ — На то ль, чтобы на всё взпралъ Ты окомъ мрачнымъ, равнодушнымъ, Средь радостей казался скучнымъ И въ пресыщеніи зѣвалъ. Орёлъ, по высотѣ паря, Ужъ солнце зритъ въ лучахъ иолдневныхъ; Но твой чертогъ едва заря Румянитъ сквозь завѣсъ червленныхъ; Едва по зыблющимъ грудямъ Съ тобой лежащія цирцеи Блпстаютъ розы и лплеи; Ты съ ней покойно спишь — а тамъ? А тамъ — израненный герой, 1 Какъ лунь во браняхъ посѣдѣвшій, Начальникъ прежде бывшій твой, Въ переднюю къ тебѣ пришедшій Принять по службѣ твой приказъ, Межъ челядью твоей златою, Поникнувъ лавровой главою, Сидитъ и ждётъ тебя ужъ часъ. А тамъ — вдова стоить въ сѣняхъ И горьки слёзы пролпваеть, Съ груднымъ младенцемъ на рукахъ Покрова твоего желаетъ; За выгоды твои, за честь Она лпшилася супруга; Въ тебѣ его знавъ прежде друга, Пришла мольбу свою принесть. А тамъ — на лѣстничный восходъ Прибрёлъ на костыляхъ, согбенный, Безстрашный, старый воинъ тотъ. Тремя медальми украшенный, Котораго въ бою рука Избавила тебя отъ смерти: Онъ хочетъ руку ту нростерти Для хлѣба отъ тебя куска. А тамъ, гдѣ жирный пёсъ лежитъ, Гордится вратникъ галунами — Заимодавцевъ полкъ стоить, Къ тебѣ пришедшихъ за долгами. Проснися, спбаритъ! — ты спишь. Иль только въ сладкой нѣгѣ дремлешь? Несчастныхъ голосу не внемлешь И въ развращённомъ сердцѣ мнишь: „Мнѣ мигъ покоя моего Пріятнѣй, чѣмъ въ исторьп вѣки;