b000000560

А. А. ГРИГОРЬЕВЪ. 455 Видно и съ „Эпохой"— какъ критику, а не какъ другу— коночно, ирнходится разстаться. Тѣмъ бо- лѣе... Но пора кончить. 1864 года, сентября 2-го. Писано сіе, конечно, не для возбужденія жалости къ моей особѣ, ненужиаго человѣка, а для пока- занія, что особа сія всегда, какъ въ дни, когда вѣрные 50 рублей Ераевскаго за листъ мѣняла на невѣрные 15 рублей за листъ „Москвитянина", пребывала фанатически преданною свопмъ само- дурнымъ убѣжденіямъ". Что бы ни говорили о критическихъ статьяхъ Григорьева его противники, всѣ онѣ, несмотря на свою заносчивость и своеобычность, отличаются умомъ и свидѣтельствуютъ объ обширной его на- читанности. Но, какъ человѣкъ горячій и увле- кающійся, онъ часто бросался отъ одного пред- мета къ другому, легко мѣнялъ взгляды и мнѣнія и никогда ничего не отдѣлывалъ, не вырабаты- валъ тщательно. Вотъ почему, несмотря на тб, что Григорьевъ написалъ въ теченіи своей крити- ческой дѣятельностн такое огромное количество критическихъ статей и рецензій, что они могли бы составить десять объёмистыхъ томовъ,— только весьма немногія изъ нихъ заслужпваютъ вниманія. Благодаря своему увлекающемуся, неусидчивому и непостоянному характеру, Григорьевъ всю жизнь колебался между разными направленіями : то со- чувствовалъ славянофильству, то предлагалъ „вес- ти съ нимъ войну на ножахъ", то бранилъ Не- красова, то приходнжъ отъ него въ умиленіе. Островскій былъ почему-то любимцемъ Григорьева; но врядъ-лп самъ Островскій могъ быть прпзна- теленъ усердному критику за возвелпченіе его „Козьмы Минина". Какъ на лучшія критическія статьи Григорьева можно указать на слѣдующія: „О комедіяхъ Остров- екаго и ихъ значеніи въ литературѣ и на сценѣ" („Москвитянпнъ", 1855, № 3); „О правдѣ и искрен- ности въ нскусствѣ" („Русская Бесѣда", 1856, Лі: 3), „Объ исторіи Россіи Соловьева" (Русское Слово", 1859, № 1); „Русскія народныя пѣснн и ихъ по- этическія и музыкальный стороны" („Отечествен- ныя Записки", 1860, №№ 4 и 5); „Реализмъ и иде- ализмъ въ нашей литературѣ, по поводу сочиненій Тургенева и Писемскаго" („Свѣточъ", 1861, Л» 4) и по поводу изданія старой вещи: „Горя отъ ума" („Время", 1862, № 8). Григорьевъ также занимался переводами, пре--, имущественно съ англійскаго и италіанскаго язы- ковъ. Именно, онъ перевелъ три пьесы изъ Шекс- пира: „Сонъ въ лѣтнюю ночь" („Библіотека для Чтенія", 1857, № 8), „Шейлокъ, венеціанскій жидъ" („Драматическій Сборникъ", 1860, Л& 1) и ,, Ромео и Джульета" („Русская Сцена", 1864, № 8), „Па- ризину" и отрывокъ изъ „Чайльдъ-Гарольда" Бай- рона („Современникъ" 1860 и ., Время", 1862, № 7) и цѣлый рядъ италіанскихъ либретто для оперъ („Донъ Пасквале", „Лучія", „Фаворитка", „Фіорн- на", „Ченерентола" и „Беатриче ди Тенда"). На- конецъ, незадолго до смерти, онъ напечаталъ во „Времени" (1862, 11 и 12) и въ „Эпохѣ 1 - 1864, 3 и 5) свою автобіографію, подъ заглавіемъ; „Мои литературныя и нравственныя скитальче- ства", представляющую много ннтересныхъ дан- ныхъ о воспитаніи и развитін ихъ автора, Григорьевъ скончался 25-го сентября 1864 года въ Петербургѣ и погребенъ на Митрофаньевскомъ кладбищѣ, рядомъ съ поэтомъ Меемъ. Одной изъ главныхъ причинъ ранней смерти Григорьева была его несчастная слабость къ внну. Двѣнадцать лѣтъ спустя послѣ смерти Гри- горьева, часть его сочиненій была собрана г. Стра- ховымъ и издана имъ подъ заглавіемъ: „Сочиненія Аполлона Григорьева. Томъ первый. Сиб. 1876 го- да' 1 ; но и это новое усиліе возбудить вниманіе публики къ покойному критику не увѣнчалось успѣхомъ — и статьи Григорьева, собранный въ одну книгу, нисколько не поднялись въ глазахъ критики и публики, а прошли иередъ ними столь же мало замѣченными, какъ и въ то время, когда они появлялись, при жизни ихъ автора, на стра- ницахъ „Москвитянина", „Русскаго Слова" и „Вре- нени". мул?,' 4 I. ГОРОДЪ. Да, я люблю его, громадный, гордый градъ, Но не за то, за что другіе; Не зданія его, не пышный блескъ палатъ И не граниты вѣковые Я въ нёмъ люблю — о, нѣтъ! Скорбящею душой Я прозрѣваю въ нёмъ иное: Его страданіе подъ ледяной корон. Его страданіе больное. Пусть почву шаткую онъ заковалъ въ гранить И ващитилъ ее отъ моря, И пусть сурово онъ въ самомъ себѣ тантъ Волненья радости и горя, И пусть его рѣка къ стоиаэіъ его несётъ И роскоши, н нѣги дани —