b000000560

И. И. ХЕМНИЦЕРЪ. 27 „Сыскать начало всѣхъ началъ", Когда аа облака онъ думой возносился, Дорогой шедши, оступился И въ ровъ попалъ. Отецъ, который съ нимъ случился, Скорѣе бросился верёвку принести — Премудрость изо рва на свѣтъ произвести. А думный между-тѣмъ дѣтнна, Въ той ямѣ сидя, разсуждалъ: Какая быть могла причина. Что оступился я и въ этотъ ровъ попалъ? Причина, кажется, тому землетрясенье; А въ яму скорое стремленье — Центральное влеченье, Воздушное давленье..." Отецъ съ верёвкой прибѣжалъ; „Вотъ— говорить— тебѣ верёвка; ухватися! Я потащу тебя, держися!" — „Нѣтъ, погодп тащить! скажи мнѣ напередъ", Понёсъ студентъ обычный бредъ: „Верёвка вещь какая?" Отецъ его былъ не ученъ. Но разсудителенъ, умёнъ. Вопросъ ученый оставляя; „Верёвка вещь — ему отвѣтствовалъ — такая, Чтобъ ею вытащить, кто въ яму попадётъ". — „На это-бъ выдумать орудіе другое", Ученый всё своё несётъ; „А это что такое — Верёвка?... вервіе простое!" „Да время надобно!" отецъ ему на то; „А это хоть не ново. Да, благо, ужъ готово." — „А время что?..." — „А время вещь такая. Которую съ глуицомъ не стану я терять. Сиди", сказалъ отецъ: „пока приду опять". Что, еслпбы вралей п остальныхъ собрать И въ яму къ этому въ товарищи послать? Да, яма надобна большая! II. БОГАЧЪ И БѢДНЯКЪ. Сей свѣтъ таковъ, что кто богатъ, . Тотъ каждому и другъ, и братъ; Хоть не имѣй заслугъ, ни чина. Хоть родомъ будь изъ конюховъ, И, кто бы ни былъ ты таковъ— Дѣтнна будешь, какъ дѣтина. А бѣдный — будь хоть изъ князей. Хоть разумъ ангельскій пмѣй И всѣ достоинства достойнѣйшихъ людей, Того почтенья не дождётся. Какое ото всѣхъ богатымъ отдаётся. Бѣднякъ въ какой-то домъ прпшелъ. Онъ знанье, умъ и чинъ съ заслугами имѣлъ; Но бѣдняка никто не только-что не встрѣтилъ, Никто п не примѣтилъ. Иль, можетъ-быть, никто примѣтить не хотѣлъ. Бѣднякъ нашъ то къ тому, то къ этому подходитъ, Со всѣмп разговоръ и такъ, и сякъ заводитъ. Но каждый бѣдняку въ отвѣтъ Короткое иль „да", иль „нѣтъ". Привѣтствіянп въ комъ бѣднякъ нашъненаходнтъ: Съ учтивствомъ подойдетъ, а съ горестью отходитъ. Потомъ За бѣднякомъ Богачъ пріѣхалъ въ тотъ же домъ. Хотя заслугой, ни умомъ, Нп чиномъ онъ не отличался, Но только въ двери показался — Сказать нельзя, какой пріемъ! Всѣ встали передъ богачёмъ, Всякъ богача съ почтеніемъ встрѣчаетъ, Всякъ стулъ и мѣсто уступаетъ, И подъ руки его берутъ, То тутъ, То тамъ его сажаютъ, Поклоны чуть ему земные не кладутъ, И мѣры нѣтъ, какъ величаютъ. Бѣднякъ, людей увидя лесть, Къ богатому неираву честь, Къ себѣ неправое презрѣнье, Встунилъ о томъ съ своимъ сосѣдомъ въ разсу- жденье. „Зачѣмъ", онъ говорить ему: „Достоинствамъ, уму Богатство свѣтъ предиочптаетъ?" — „Легко, мой другъ, поняты Достоинства нельзя занять, А деньги всякій занимаетъ". III. ДВА СОСѢДА. „Худой миръ лучше доброй ссоры". Пословица старинна говорить; И каждый день намъ тожь примѣрами твердить.