b000000560

324 А. В. КОЛЪЦОВЪ. нослѣдняя поѣвдка. По возвращеніи домой, онъ ста.ть себя дурно чувствовать и на страстной не- дѣлѣ 1841 года чуть не умеръ; но, благодоря дру- жескимъ усиліямъ доктора, оправился на этотъ разъ. Впрочемъ, это выздоровленіё было только отсрочкою смерти, которая уже стояла надъннмъ— и ждала своей жертвы. Для возстановленія своихъ сплъ, онъ нуждался въ спокойствіи, котораго не находилъ въ домѣ отца. Въ началѣ февраля 1842 года Кольцовъ снова заболѣлъ и снова поправился, на сколько можетъ поправиться чахоточный. Въ письмѣ отъ 27-го февраля того же года онъ пи- шетъ: „Здоровье моё стало лучше. Началъ проха- живаться и два раза былъ въ театрѣ. Дѣкарь увѣ- ряетъ, что я въ постъ не умру, а весной меня вы- лѣчитъ. Но сиіъ не только духовныхъ— и физиче- скихъ ещё нѣтъ; памяти тоже". Въ кондѣ письма, говоря о своёмъ нравственномъ соетояніи, онъ лрпбавляетъ: „Что, если и выздоровѣвши, такимъ останусь? Тогда прощайте— друзья, Москва и Пе- тербурга! Нѣтъ, дай Господи умереть, а не дожить до этого полипнаго состоянія! Или жить для жиз- ни, или — маршъ на покой!" Кольцовъ умеръ въ Воронежѣ 19-го октября 1842 года, въ три часа пополудни, на тридцать четвёртомъ году отъ ро- жденія. Тѣло поэта погребено на воронежскомъ но- вомъ кладбищѣ, по правую сторону алтаря клад- бищенской церкви, и отмѣчено неболыпимъ чугун- нымъ памятникомъ, съ четырьмя безграмотными надписями. Болѣе же достойный памятникъ, воз- двигнутый почитателями поэзіи Кольцова и изваян- ный пзъ бѣлаго мрамора хорошимъ художникомъ, украшаетъ одну изъ аллей городского сада въ Воронежѣ. Кольцовъ хотя началъ писать рано, но напи- салъ не много. Къ этому надо прибавить, что по- чти всё, написанное имъ до 1831 года, то-есть до знакомства съ Бѣлинскимъ, не представляетъ ни- чего сколько-нибудь выдающагося пзъ обыкно- веннаго уровня той массы стиховъ, которая на- водняла въ то время русскіе журналы. Лучшимъ періодомъ его поэтической дѣятельности можно на- звать время отъ 1834 по 1842 годъ и въ особен- ности 1838 годъ, на который самъ поэтъ указы- ваетъ, какъ на одинъ пзъ самыхъ плодотворныхъ и, вмѣстѣ съ тѣмъ, на такой, въ который ему по- счастливилось написать большую часть всего того, на чтб указала критика, какъ на лучшее. Въ за- ключеніе считаемъ не лпшнимъ перечислить луч- шія его пьесы; „Пѣсня старика", „Пѣсня Пахаря", „Не шуми ты, рожь", „Урожай", „Молодая жнпца". „Косарь", „Раздумье селянина", „Лѣсъ", „Горькая доля", „Двѣ пѣсни Лихача-Кудрявича", „Ахъ, за- чѣмъ меня", „Измѣна суженой", „Путь", „Что ты спишь, мужичёкъ", „Хуторокъ", „Безъ ума, безъ разума", „Думы сокола", „Такъ и рвётся душа", „Доля бѣдняка", „Вопросъ" и „Послѣдняя борьба". „Отихотворенія Кольцова" были изданы пять разъ: въ 1835 году — Н. В. Станкевичемъ, въ Москвѣ, въ числѣ 18 пьесъ; въ 1846— Н. А. Некрасовыыъ и Н. Я. Прокоповичемъ, въ Петербургѣ, въ числѣ 124 пьесъ, съ портретомъ автора, его факсимиле и пріобщеніемъ статьи Вѣлинскаго: „О жизни и сочиненіяхъ Кольцова". Остальныя пзданія сдѣ- ланы гг. Солдатёнковымъ и Щепкннымъ, и соста- вляютъ перепечатку предыдущаго изданія. I. РАЗДУМЬЕ СЕЛЯНИНА. Сяду я за столъ— Да подумаю, Какъ на свѣтѣ жить Одинокому? Нѣтъ у молодца Молодой жены, Нѣтъ у молодца Друга вѣрнаго. Золотой казны, Угла тёплаго, Бороны-сохп, Коня-пахаря! Вмѣстѣ съ бѣдностью Далъ мнѣ батюшка Лишь одинъ таланъ— Силу крѣпкую; Да и ту, какъ разъ. Нужда горькая По чужимъ людямъ Всю истратила. Сяду я за столъ— Да подумаю, Какъ на свѣтѣ жить Одинокому? II. Что ты спишь, мужичёкъ? Вѣдь, весна на дворѣ; Вѣдь, сосѣди твои Работаютъ давно. Встань, проснись, подымись. На себя погляди: Чтб ты былъ? и чтб сталъ? И чтб есть у тебя? На гумнѣ— ни снопа, Въ закромахъ — ни зерна; На дворѣ, по травѣ — Хоть шаромъ покати. Изъ клѣтёй домовой Соръ метлою посмёлъ.