b000000560

В. П. ПЕТРОВЪ. 19 Вотъ какъ вертится свѣтъ; а для чего онъ такъ, Не вѣдаетъ того нн умный, ни дуракъ. Однако ежели какими чудесами Изволили спознать вы ту причину сами, Скажите намъ её..." Симъ рѣчь окончидъ онъ; За рѣчію его послѣдовалъ поклонъ. Шумиловъ съ Ванькою, хваля догадку ону, Отвѣсили за нимъ мнѣ также по поклону — И трое всѣ они, возвыся громкій гласъ, Вѣщали; „Не скрывай ты таинства отъ насъ: Лви ты намъ свою въ рѣшеніяхъ удачу, Рѣши ты намъ свою премудрую задачу!" А вы внемлите мой, друзья мои, отвѣтъ: „И самъ не знаю я, на что сей созданъ свѣтъ!" III. ЛИСИЦ А-КАЗНОДѢЙ. Въ Ливійской сторонѣ правдивый слухъ промчался, Что левъ, звѣрпнып царь, въ болыпомъ лѣсу скон- чался. Стекалися туда скоты со всѣхъ сторонъ Свидѣтелями быть огромныхъ похоронъ. Лнсица-Казнодѣй, при мрачномъ сёмъ обрядѣ, Съ смиренной харею, въ монашескомъ нарядѣ, Взмостясь на каѳедру, съ восторгомъ вопіетъ: „О, рокъ! лютѣйшій рокъ! кого лишился свѣтъ! Еончиной кроткаго владыки пораженный, Восплачь и возрыдай звѣрей соборъ почтенный! Се царь, премудрѣйшій изъ всѣхъ лѣсныхъ царей. Достойный вѣчныхъ слёзъ, достойный алтарей, Своимъ рабамъ отецъ, своимъ врагамъ ужасенъ, Предъ нами распростёрта, безчувственъ н безгла- сенъ! Чей умъ постигнуть могъ число его доброта, Пучину благости, величія, щедрота? Въ его правленін невинность не страдала, И правда на судѣ безстрашно предсѣдала; Оиъ скотолюбіе въ душѣ своей питалъ, Въ нёмъ трона своего подпору ночиталъ; Вылъ въ области своей порядка насадитель, Художествъ и наукъ былъ другъ и покровитель". — „О, лесть подлѣишая!" шепнулъ Собакѣ Кротъ: „Я зналъЛьва коротко: онъ былъ пресущій скотъ, — И золъ, и безтолковъ, и силой вышней власти Онъ только насыщалъ свои тиранскп страсти. Тронъ кроткаго царя, достойна алтарей, Былъ сплоченъ изъ костей растерзанныхъ звѣрей; Въ его правленіе любимцы и вельможи Сдирали безъ чиновъ съ звѣрей невпнныхъ кожи; И, словомъ, такъ была юстиція строга. Что кто кого смогалъ, такъ тотъ того — въ рога. Благоразумный Слонъ изъ лѣса въ степь сокрылся. Домостроитель Бобръ отъ пошлпнъ раззорился И Пификъ-слабоумъ (списатель звѣрскихъ лицъ, Служившій у Двора честнѣе всѣхъ лисицъ, Который, посвятя работѣ дни и ночи. Искусной кистію прельщая звѣрски очи, Портретовъ наиисалъ съ царя звѣрей лѣсныхъ Пятнадцать въ цѣлый роста и двадцать иоясныхъ. Да сверхъ того ещё, по новому манеру. Альфреско росписалъ монаршую пещеру) За-то что въ жизнь свою трудился, сколько могъ, Съ тоски и съ голоду третьёго-дня издохъ. Вотъ мудраго царя иравленіе похвально! Возможно-ль ложь сплетать столь явно и нахально!" Собака молвила: „Чему дивишься ты. Что знатному скоту льстятъ подлые скоты? Когда же то тебя такъ сильно пзумляетъ. Что низка тварь корысть всему иредпочитаетъ И къ счастію бредётъ презрѣнными иутьми, Такъ, видно, никогда ты не жплъ межъ людьми". В. П. ПЕТРОВЪ. Василій Петровичъ Петровъ родился въ 1736 году въ Москвѣ, гдѣ началъ своё образованіе дома, подъ надзоромъ прпходскаго дьячка, и окончплъ — въ тамошней духовной академіи, вмѣстѣ съ буду- щимъ великолѣпнымъ княземъ Тавриды, Потёмкп- нымъ, который, въ дни славы и могущества, ни- когда не забывалъ стараго товарища. По окон- чаніи курса, Петровъ былъ оставленъ при ака- деміи преподавателемъ піитпкп, реторики и гре- ческаго языка, а въ 1769 году, по рекомендаціп Потёмкина, получилъ мѣсто кабпнетнаго перевод- чика и чтеца пмператрицы Екатерины П, что дало ему право, въ письмѣ своемъ къ госуда- рынѣ, посланномъ въ 1774 году изъ Лондона, ска- зать; „я имѣлъ честь нѣкогда слыть карманнымъ Вашего Величества стихотворцемъ". („Бпбліогра- фическія Записки", 1858, стр. 528). Затѣмъ, въ 1770 году, онъ былъ отправленъ, вмѣстѣ съ Си- ловымъ, въ Аиглію, для довершенія своего обра- зованія. Здѣсь онъ изучилъ основательно англій- скій языкъ и ознакомился съ англійской литера- турой, оказавшей большое вліяніе на всю осталь- ную его литературную дѣятельность. По возвра- щеніи въ Петербургъ, онъ былъ произведёнъ въ статскіе совѣтнпки пназначенъ придворнымъ би- 2*