b000000560

246 А. С. ПУШКИНЪ. 2. Горитъ востокъ зарёю новой. Ужъ на равнинѣ, по холмаиъ, Грохочутъ лушки. Дымъ багровой Клубами всходитъ къ небесамъ На встрѣчу утреннпыъ лучамъ. Полки ряды свои сомкнули; Въ кустахъ разсыпалиеь стрѣлки; Катятся ядра, свищутъ пули, Нависли хладные штыки. Сыны любимые побѣды, Сквозь огнь окоиовъ рвутся шведы; Волнуясь, конница летитъ, Пѣхота движется за нею И тяжкой твёрдостью своею Ея стремленія крѣпитъ. И битвы поле роковое Гремитъ, пылаетъ здѣсь и тамъ; Но явно счастье боевое Служить ужъ начинаетъ намъ. Пальбой отбитыя дружины, Мѣшаясь, падаютъ во ирахъ; Уходить Розенъ сквозь тѣснины. Сдаётся цылкій Шлииенбахъ. Тѣснимъ мы шведовъ, рать за ратью; Темнѣетъ слава ихъ знамёнъ— И Бога браней благодатью Наш-ь каждый шагъ запечатлѣнъ. Тогда-то свыше вдохновенный Раздался звучный гласъ Петра; „За дѣло, съ Богомъ!" Изъ шатра, Толиой любимцевъ окруженный. Выходить Пётръ. Его глаза Сіяютъ; ликъ его ужасенъ, Движенья быстры. Онъ ирекрасенъ, Онъ весь, какъ Божія гроза. Идётъ. Ему коня подводятъ. Ретивъ и смиренъ вѣрный конь. Ночуя роковой огонь, Дрожнтъ, глазами косо водитъ И мчится въ ирахѣ боевомъ, Гордясь могучішъ сѣдокомъ. Ужъ близокъ полдень. Жаръ пылаетъ. Какъ пахарь, битва отдыхаетъ. Кой гдѣ гардуютъ казаки; Ровияясь, строятся полки; Молчитъ музыка боевая; На хйлмахъ пушки, присмирѣвъ, Прервали свой голодный ревъ. И се— равнину оглашая. Далече грянуло „ура": Полки увидѣли Петра. И онъ промчался предъ полками, Могущъ и радостепъ, какъ бой. Онъ иоле пожиралъ очами. За нимъ вослѣдъ неслись толпой Сіи птенды тнѣзда Петрова — Въ премѣнахъ жребія земнова, Въ трудахъ державства и войны Его товарищи, сыны; И Шереметьевъ благородный, И Брюсъ, и Бауеръ, и Рѣпнинъ, И, счастья баловень безродный. Полудержавный властелинъ. И передъ синими рядами Своихъ воинственныхъ дружинъ, Несомый вѣрными слугами, Въ качалкѣ, блѣденъ, недвижимъ, Страдая раной, Карлъ явился. Вожди героя шли за нимъ. Онъ въ думу тихо догрузился. Смущённый взоръ изобразилъ Необычайное волненье. Казалось, Карла ириводилъ Желанный бой въ недоумѣнье. Вдругъ слабымъ маніемъ руки На русскихъ двинулъ онъ полки. И съ ними дарскія дружины Сошлись въ дыму среди равнины — И грянулъ бой, Полтавскій бой! Въ огнѣ, иодь градомъ раскалёинымъ, Стѣной живою отражешшмъ, Надъ падшимъ строемъ свѣжій строй Штыки смыкаетъ. Тяжкой тучей Отряды конницы летучей, Браздами, саблями звуча. Сшибаясь, рубятся съ плеча. Бросая груды тѣлъ на груду. Шары чугунные повсюду Межъ ними прыгаютъ, разятъ, Прахъ роютъ и въ крови шипятъ. Шведъ, русскій— колетъ, рубитъ, рѣжетъ; Бой барабанный, клики, скрежетъ, Громъ пушекъ, топотъ, ржанье, стонъ — И смерть, и адъ со всѣхъ сторонъ! XVIII. ИЗЪ ПОВѢСТИ „МѢДНЫЙ ВСАДНИКЪ". На берегу пустынныхъ волнъ Стоялъ Онъ, думъ великихъ полнъ, И въ даль глядѣлъ. Предъ нимъ широко