b000000560

232 А. С. ПУ ІШІИІГЬ. этомъ уепѣіи, такъ-какъ ребѳнокъ оказался да- лёко не ивъ числа воспріішчіівыхъ и бойкихъ. По свидѣтельству сестры Пушкина, Ольги Сергѣевны Павлищевой, будущій поэтъ лѣтъ до семи былъ очень молчаливъ и не обнаруживалъ ничего осо- беннаго, и даже дриводилъ мать въ совершенное отчаяніе своею неповоротливостью; но за то онъ рано пристрастился къ чтенію. Чтеніе это, какъ водится, началось съ Плутарха, п Иліады к и „Одис- сеи", въ переводѣ Битобе, и завершилось француз- скими классиками XVII вѣка. Пушкинъ тайкомъ забирался въ кабинета отца и тамъ иросиживалъ ночи, погруженный въ чтеніе всевозможныхъ книгъ, попадавшихся ему иодъ руку. Между-тѣмъ, настуиплъ 1811 годъ, ознамено- ванный открытіемъ Царскосельскаго лицея, куда долженъ былъ вступить и молодой Пушкинъ, въ числѣ тридцати другихъ мальчиковъ. Отвезённый въ Петербургъ дядей, Василіемъ Львовичемъ, Пуш- кинъ 12-го августа 1811 года выдержалъ, вмѣстѣ съ Дельвигомъ, пріёмный экзаменъ и былъ при- нять въ число воспитанниковъ Лицея. „Учебная жизнь молодого Пушкина не была блестяща", го- воритъ г. Анненковъ, въ своихъ „Матеріалахъ для біографіи Пушкина". „При обширной, почти изу- мительной памяти, ему не доставало иродолжи- тельныхъ, ровныхъ усплій вииманія. Къ тому же, въ характерѣ его было какое-то нежеланіе выка- зывать и тѣ познанія, которыя онъ пріобрѣлъ... Замѣчательно, что въ Лицеѣ основныя черты ха- рактера Пушкина развернулись очень скоро, какъ- будто здѣсь иредоставленъ имъ былъ просторъ и сняты были съ нихъ досадныя помѣхи: съ одной стороны, обнаружилось довѣрчивое и любящее сердце, съ другой — расиоложеніе къ насмѣшкѣ и преслѣдованію непріязненныхъ личностей, дово- дившее иногда многихъ до дѣтскаго отчаянія.. Товарищи называли его французомъ, вѣроятно, за превосходное знаніе французскаго языка; но эпп- тетъ этотъ скрывалъ также и нерасположеніе ихъ къ живому и задорному мальчику, и выво- дилъ иногда самого Пушкина изъ териѣнія. Только немногіе знали— и въ томъ числѣ Дельвигъ— его душу, сильно расположенную къ пріязни и откро- венности". . Первымъ руссшшъ стихотвореніемъ Пушкина, написаннымъ ещё въ бытность его въ Лицеѣ и дошедшимъ до насъ, надо считать „Посланіе къ сестрѣ", а первымъ напечатаннымъ — „Къ другу- стихотворду", появившееся въ 13-мъ нумерѣ „Вѣст- ника Европы" на 1814 годъ. На публичномъ экза- менѣ Лицея, въ 1815 году, шестнадцатилѣтній Пушкинъ иривёлъ въ восторгъ всѣхъ присутство- вавшихъ своимъ прекраснымъ стихотвореніемъ: „Восиоминаніе въ Царскомъ Селѣ", при чёмъ Дер- жавинъ, вставь съ мѣста, склонилъ передъ нимъ свою сѣдую голову и хотѣлъ обнять его, но иоте- рявшійся поэтъ скрылся — и тщетно искали его вездѣ. Затѣмъ, 9-го іюня 1817 года совершился первый выпускъ воспитанниковъ Лицея, удостоен- ный присутствія императора Александра I, при чёмъ Пушкинъ прочёлъ своё стпхотвореніе „Без- вѣріе", заслужившее общія похвалы. По выходѣ изъ Лицея, Пушкинъ съ жадностью накинулся на удовольствія столичной жизни : онъ усердно посѣщалъ общество, не пропускалъ ни одного спектакля, ни одного бала и литературнаго собранія, ни одного гулянья, и, при всёмъ томъ, находилъ время для литературныхъ занятій. Такъ, въ концѣ 1817 года, онъ написалъ нѣсколько очень хорошихъ стихотвореній, изъ которыхъ по- сланіе „Къ Жуковскому" причисляется къ луч- шиыъ его ироизведеніямъ, а въ началѣ 1818 года онъ уже читалъ на литературныхъ вечерахъ у Жуковскаго первыя иѣснп своей первой поэмы „Русланъ и Людмила", иланъ которой былъ со- зданъ имъ ещё въ Лицеѣ. Когда прочелъ Пушкинъ послѣднюю пѣсню своей первой поэмы, въ концѣ 1819 года, восхи- щённый Жуковскіи иодарилъ ему свой литогра- фированный нортретъ съ слѣдующею надписью: „Ученику-побѣдителю отъ побѣждённаго учителя, въ высокоторжественный день окончанія „Руслана и Людмилы". Поэма была издана въ 1820 году, подъ слѣдующимъ заглавіемъ: „Русланъ и Люд- мила, иоэма въ шести пѣсняхъ, сочиненіе А. Пуш- кина", съ слѣдующимъ прелестнымъ посвященіемъ „Красавицамъ": Для васъ, души моей царицы. Красавицы, для васъ однихъ, Вреыеяъ минувшихъ небылицы, Въ часы досуговъ золотыхъ, Подъ шепотъ старины болтливой Рукою вѣрной я писалъ; Примите жъ вы мой трудъ игривый! \ Ничьихъ не требуя похвалъ, Счастливъ ужъ я надеждой сладкой, Что дѣва съ трепетом, любви Лосмотрнтъ, можетъ-быть, украдкой На пѣсни трѣшныя кои. Появленіе „Руслана и Людмилы" было встрѣчено съ восторгомъ публикой и болыппнствомъ литера-