b000000560

А. П. СУМАРОКОВЪ. 1 Не мни, что нашъ языкъ не тотъ, что въ книгахъ чтёмъ, Которы мы съ тобой нерусскими зовёмъ. Онъ тотъ же; а когда бъ оиъ былъ иной, какъ мыслишь, Лишь только отъ того, что ты его не смыслишь, Такъ что-жъ осталось бы при русскомъ языкѣ? Отъ правды мысль твоя гораздо вдалекѣ. Не знай наукъ, когда не любишь ихъ, хоть вѣчно, А мысли выражать знать надобно конечно. 111. КЪ НЕПРАВЕДНЫМЪ СУДЬЯМЪ. О вы, хранители уставовъ и суда, Для отвращенія отъ общества вреда, Кохоры силою и должностію власти Удобны отвращать и приключать напасти И не жалѣете невинныхъ поражать! Случплось-ли себѣ вамъ тб воображать, Кодико тягостно вамъ кланяться напрасно, Молитвы принося, какъ Богу, повсечасно, Протнвъ васъ яростью по правости кшіѣть И въ сердцѣ тб скрывать, сердиться и терпѣть? Иль вы не помните, въ ожесточеныі тверды, Что Вышній справедливъ, а вы немилосерды? Иль вы не вѣрите, что Богъ неправду мститъ, И вамъ стенаніе невинныхъ отплатить? Иль вы забыли то, что время скоротечно И что и на землѣ намъ счастіе не вѣчно? Неправду видитъ Богъ, н внемлетъ бѣдныхъ стонъ; Чтб вы ни мыслите, о всёмъ извѣстенъ Онъ; А чтб творите вы, такъ тЬ и люди знаютъ, Которые отъ васъ отчаянно стонаютъ. IV. ИЗЪ ТРАГЕДІИ „ДИМИТРІЙ О АМОЗВАНЕЦЪ " . ДѢЙ0ТВ1Е II, ЯВЛЕНІЕ I. георгій и ксенія. ксенія. Блаженъ на свѣтѣ тотъ порфироносный мужъ, Который не тѣснитъ Свободы нашихъ душъ, Кто пользой общества себя иревозвышаетъ И снисхожденіемъ санъ царскій украшаетъ. Даруя подданнымъ благополучны дни, Страшатся коего злодѣп лишь одни. георгій. О ты, печальный Кремль! сталъ нынѣ ты свидѣтедь, Что днесь низвержена съ престола добродѣтель. Томящаясь Москва въ уныніи дрожитъ; Блаженство въ горести изъ стѣнъ ея бѣжитъ; Дни свѣтлы кажутся густой темнѣе нощи; Прекрасны вкру гъ Москвы покрыты мракомъ рощ Когда торжественный шумитъ во градѣ звонъ, Намъ мнится, что твердитъ онъ града общій стон И церкви нашея паденье возвѣщаетъ, Которое она отъ папы ощущаетъ. О Боже, ужасъ сей отъ РоСсовъ отведи! Уже разносится молва на площади, Что Клнментъ обѣщалъ на небеси награду Мятежникамъ, врагамъ отеческому граду И что имъ всѣ грѣхи нрощаетъ напередъ. Постраждетъ такъ Москва, какъ страждетъ Новы Свѣтъ! Тамъ кровью землю всю паписты обагрили. Побили жителей, оставпшхъ разорили. Средь ихъ отечества стремясь невинныхъ жечь, Въ рукѣ имѣя крестъ, въ другой— кровавый меч Что съ ними дѣлалось въ незапной ихъ судьбин Отъ папы будетъ тб тебѣ, Россія, нынѣ! ксенія. Всѣ силы пагубны— Димитрій, Климента, адъ — Изъ сердца моего тебя не истребятъ! О Небо, удали свирѣпство нанской власти, А съ нимъ и Ксеніи несносныя напасти, Дабы свою главу Россія подняла, А я бъ супругою любовнику была! Дай намъ увидѣти монарха на ирестолѣ. Подвластна истинѣ— не беззаконной волѣ! Увяла правда вся; тирану весь законъ — Едяно только тб, чего желаетъ онъ; А праведныхъ царей, для ихъ безсмертнои слав На счастьп нодданныхъ основаны уставы. Намѣстникъ Божества быть додженъ государь. Рази, губи меня, немилосердый царь! Изъ Тартара тебя Мегера возметала, Кавказъ тебя родилъ, Ирканія питала. Извержетъ еретикъ, толпой своихъ рабовъ, Тѣла святыхъ мужей, ругаясь, изъ гробовъ. Въ Россіи имена ихъ вѣчно сокрушатся, И домы Божіи въ Москвѣ опустошатся. Народъ, сорви вѣнецъ съ главы творца злыхъ мук Онѣига, исторгни скпптръ изъ варваровыхъ рук ЯВЛЕНІЕ VII. димитрій (одинъ). Нетвёрдо на главѣ моей лежитъ вѣнецъ — И близокъ моего величія конецъ. Повсеминутно жду незапныя премѣны.