b000000560

196 КНЯЗЬ А. А. ШАХОВСКОЙ. I. ИЗЪ ПОЭМЫ „РАСХИЩЕННЫЯ ШУБЫ". ІГЬСНЬ I. Въ собольей шаіючкѣ, на рысакѣ лпхомъ, Весёлость чрезъ Неву летѣла плясокъ въ домъ. Предъ санкамп ея и радости, и смѣхи, Забавы разныя п разныя потѣхи Порхали, бѣгали, катились на конькахъ. Гоня съ дороги прочь заботу, скуку, страхъ. Въ рукахъ забавъ огни потѣшные сіялп И пасмурную ночь въ день свѣтлый превращали. Но въ поднебесьѣ вдругъ раздался бурный вой: На вихряхъ пламенныхъ несётся надъ Невой Сынъ тартара, Раздоръ, убійствомъ пресыщен пыіг, Пронырствомъ, ябедой, алчбою окруженный. Раздоръ кичливый взглядъ низвёлъ на пышный брегъі Узрѣвъ Весёлости великолѣпный бѣгъ, Стрѣлою зависти во сердце уязвился, Разсвирѣпѣлъ, взревѣлъ и долу ниспустился. Весёлость между тѣыъ достигла тѣхъ дверей, Гдѣ святки праздновать угодно было ей: Уже вступила въ домъ— Раздоръ крыльда коснулся: „Остановись!" вскричалъ— и чуть не улыбнулся, Какъ обратила взоръ Весёлость на него. Злой духъ не мргъ сокрыть смущенья своего; Олова его въ устахъ дрожащпхъ исчезали. Межъ игръ раздался смѣхъ, утѣхи восплескали; Весёлость съ торжествомъ въ потѣишый домъ вошла И за собою дверь проворно заперла. Такъ, жалкихъ драмъ творецъ, въ театрѣ посрам- лённый, Шииѣньемъ, шпканьемъ н свистомъ оглушенный, Чтобъ вовсе не уныть лодъ игомъ грустныхъ думъ, Приводптъ похвалы людей себѣ на умъ, Духъ творческіи живитъ и, зрителямъ въ отмщенье, Готовитъ новое преслёзное творенье: Такъ, въ первый разъ ещё осмѣянный Раздоръ, Чтобы скорѣй забить его смутігешій взоръ, Всѣ подвиги свои на мысль себѣ приводить. Но тщетно всё— онъ въ нихъ отрады не находитъ И, вслѣдъ Веселости свирѣпый брося взглядъ. Клянётся тартаромъ не возвращаться въ адъ, Доколѣ не отмститъ соперницѣ надменной. Не превратитъ во плачъ пиръ, ею учрежденный, Въ ея иотѣшный домъ вражду не вовлечетъ. Въ досадѣ, въ ярости, источникѣ всѣхъ бѣдъ. Мгновенно злобный ковъ ко мщенью вымышляетъ И Гашпара къ сему орудьемъ назначаетъ. Переплетатель книгъ сей Гашпаръ ремесломъ И первый старшина въ весёломъ домѣ томъ, Въ который заперты Раздору были двери Проворною рукой небесъ любимой дщери. Повѣдай, муза, мнѣ, чѣмъ Гашпаръ славенъ былъ И чѣмъ вниманіе Раздора заслужилъ! Расиорядитель-рокъ, съ природою въ разладѣ, Намъ дѣлитъ жребіи, нерѣдко ей къ досадѣ: Нерѣдко тотъ, ктовъсвѣтъдля пахарстварождёнъ. Иль въсудъ, иль ко Двору, иль въ войскѣ иомѣщёнъ, А тотъ, кого на брань назначила природа, Безвѣстный кончить вѣкъ на службѣ огорода. Природы мудрыя всещедрою рукой Былъ Гашпаръ отличёнъ и тѣломъ, и душой. Наморщено чело скрывало умъ высокой, И билося въ груди дебелой и широкой То сердце, въ коемъ гнѣвъ, тщеславье и любовь Палили кофеемъ сгущаемую кровь. Кто-бъ, слыша рѣчь его, кто-бъ, зря его восторгъ, Законодателемъ почесть его не могъ! А злобный рокъ — увы!— ему повелѣваетъ Быть переилётчнкомъ — и онъ переплетаетъ! Но, року вопреки, и въ низкой долѣ сен Пзвѣстенъ Гашпаръ сталъ ирплежностью своей: Честь дѣлаютъ его искусству и работѣ Явившіяся въ свѣтъ, въ сафьянномъ переилётѣ, „Преслезныхъ странствій" — семь, журналовъ — пятьдесятъ, Романовъ миожество, сто жалостныхъ балладъ. На нашемъ языкѣ— не наши всѣ нисанья, А нодражателямъ безсчётны подражанья. Онъ нхъукраснлъ всѣхъ (въ томъ зла большаго нѣтъ: Они, лежа въ иылп, не развращаютъ свѣтъ); Но онъ же переплёлъ — и тѣмъ ещё гордился — Все тб, чѣмъ прошлый вѣкъ какъ язвой заразился. Безбожны письмена Фериеи мудреца, Разврата полный плачъ прежалкпхъ драмъ творца. Природы мудрствія, системы ложны свѣта .Іасера, Мирабо, Гельвецья, Кондорсета, Спинозы, Дидеро и множество другихъ Для свѣта пагубныхъ, угодныхъ аду книгъ. Хоть Гашпаръ былъ и добръ, и набоженъ, и честенъ. Но вреднымъ спмътрудомъ Раздору сталъ извѣстенъ, Который, зря, что вѣкъ нашъ сдѣлался ученъ. Что яблокомъ златымъ не будетъ онъ нрелыценъ. Что статуи боговъ, духовно словопренье Ужъ въ нёмъ не дѣйствуютъ, взялся за просвѣ- щенье: