b000000551

.тотистые плоды; вотъ спутники апельсиновъ, лимоны; сотни ихъ упали съ дерева и пестрятъ желтыми шкурками дорогу, наполняя густымъ ароматомъ и безъ того душный и спер- тый лѣсной воздухъ. И какая невозмутимая, священная тишина! Слѣва возвысились надъ лѣсомъ горы, пальмовыя рощи полѣзли вверхъ по ихъ стуненямъ; мѣстами видны только однѣ ихъ перистыя верхушки, зелень другихъ деревьевъ укутала ихъ тонкіе стволы до самой короны; въ другомъ мѣстѣ, высвободившись отъ наплывающаго зеленаго моря, вышла цѣлая роща пальмъ на обнаженную скалу, и видно каждое отдѣльное деревцо, тонкоствольное и граціозное, какъ-будто толпа молодыхъ каначекъ, вышедшихъ нос.тѣ купанья изъ моря и обсушивающихъ на солнцѣ свое пре- красно-созданное тѣло. Какъ видите, я употребилъ настоя- щія мѣстныя краски... Справа, при переѣздѣ черезъ рѣчки, которыя нересѣкали дорогу едва ли не каждыя пять ми- нута, виднѣлось море, съ его бурунами и рифами. Вода между рифами и берегомъ принимала всевозможные цвѣта, начиная съ перламутроваго до бирюзоваго, какъ - будто споря красотой съ прелестью берега, убраннаго паль- мами, живописными хижинами, апельсинами и всею рос- кошью тропическаго лѣса. Но вотъ дорога вышла къ самому морю; горы придви- нулись къ ней отвѣсною скалой, покрытою висящими внизъ растеніями, прижатыми къ камнямъ тонкими струями стре- мящихся сверху водонадовъ. Близъ утеса расло пѣсколько исполинскихъ, развѣсистыхъ деревьевъ, которыя канаки называютъ ви или евщ огромный ихъ корень почти весь обнаженъ; иногда трудно достать рукой до высоты пол- зущаго по землѣ развѣтвленія корня; кора, покрывающая стволъ и корпи, собралась въ складки и папоминаетъ шкуру гиппопотама или носорога, а самые корни — хвосты сказочныхъ, исполинскихъ драконовъ.