b000000551

— 434 — закинуть на насъ сѣть своихъ безконечныхъ фразъ и лю- безностей. Изъ долгой его рѣчи, пересыпанной поклонами и улыбками, мы накопецъ поняли, что передъ нами стоялъ гааііге сГІюІеІ адмирала Брюа, поселившійся здѣсь (волей или неволей) для мирной жизни. Онъ приглашать насъ къ себѣ выпить сіи кігзсіг, сіи со§пас, ои сіи гііит, начер- тилъ безъ нашей просьбы маршрутъ какъ намъ ѣхать, двадцать разъ упомяну лъ о знаменитомъ адмиралѣ, и тогда только отсталъ, когда мы, наконецъ, обѣщали зайдти къ нему, — что, однако, съ нашей стороны было военною хи- тростью. На порогѣ хижины ждали насъ вчерашнія пѣви- цы; онѣ дали намъ кокосовъ, которые тутъ же были раз- биты, и мы съ наслажденіемъ выпили свѣжее, чистое и нѣсколько холодное молоко. Мы отправились дальше, сначала сплошнымъ лѣсомъ. Между тропическимъ лѣсомъ и нашимъ уже та разница, что тропическій всегда очень разнообразенъ. У насъ потя- нется сосновый лѣсъ, и иѣтъ конца ему; прямые жел- тые стволы провожаютъ васъ десятки, иногда сотни верстъ, утомляя глаза. Но здѣсь не то. Стволы деревъ перепу- таны узлами, переплетены вьющимися вокругъ неправильно изогнутыхъ вѣтвей растеніями, которыя то гирляндами поднимаются кверху, то висятъ внизъ бахрамой, букетами и плетями. Листва тоже разнообразна до безконечности, начиная съ тонкой паутины листьевъ желѣзнаго дерева, легко вырѣзанныхъ, и микроскопическаго листа акаціи, до блестящаго, громаднаго, овальнаго — банана и феи. Вдругъ появляется нѣсколько хлѣбныхъ деревъ, съ глубокими вы- рѣзами на листьяхъ; тамъ еще болѣе крупный листъ дру- гаго растенія, толстый стволъ котораго какъ будто состав- ленъ изъ нѣсколькихъ другихъ стволовъ, а корни безчис- ленными развѣтвленіями сплелись съ корнями сосѣдняго дерева; рядомъ съ ними роща апельсиновъ, проѣзжая мимо которыхъ, наклоняешься, чтобы не задѣть за твердые зо-