b000000551

— 383 — туманами и облаками, то бросающими мрачную густую тѣнь, то пропускающими нѣсколько яркихъ лучей солнца на живописныя подробности долины и города. Съѣхавъ на берегъ, я, конечно, былъ доволенъ, какъ человѣкъ, выпущенный изъ тюрьмы на свободу. Въ каждомъ деревѣ, въ каждомъ кустикѣ видѣлось мнѣ живое существо, готовое принять участіе въ моемъ сердечномъ нраздникѣ. Скоро я оставилъ за собою правильныя улицы, которыя почти всѣ пересѣкаются подъ нрямымъ угломъ; на улицахъ пусто, было Рождество; а если скучны англійскіе города въ праздники, то города, населенные американскими методистами, вдвое скучнѣе; магазины заперты, вывѣски, какъ эпитафіи, безсмыслеппо смотрятъ съ крышъ и стѣнъ. Я спѣшилъ выйдти или за городъ, или въ улицы, гдѣ больше зелени, больше тѣни и жизни. Добрался наконецъ до хижинъ, почти совсѣмъ скрытыхъ бананами, до мѣстъ, засѣянныхъ таро , растеніемъ, составляющимъ главную пищу канаковъ, изъ котораго они дѣлаютъ свой пой, насущный хлѣбъ всего народопаселенія. Добрался до тамаршдовъ, раскинувшихъ далеко свою легкую и гра- ціозную листву, до падьмъ, грустно шуршащихъ своими верхушками; добрался до чистаго воздуха, въ которомъ не слышалось морской атмосферы, съ ея сыростью и холодомъ; здѣсь воздухъ напоенъ былъ дыханіемъ безчисленныхъ растеній, которыя даютъ ему и силу, и освѣжающую крѣпость. Рѣдко кто попадался на улицѣ; иногда промчится легкій кабріолетъ съ двумя чопорно -разодѣтыми американ- ками; встрѣтятся каначки, въ свѣтлыхъ, праздничныхъ нудермантеляхъ (иначе не умѣю назвать ихъ платья), съ цвѣтами на головахъ, съ оранжевыми вѣнками, лежащими граціозно на черныхъ, маслянистыхъ волосахъ, осѣняющихъ кофейныя лица. Первое внечатлѣніе, при взглядѣ на ихъ лица, поражаетъ какою-то рѣзкостью, но выраженіе глазъ свѣтится чѣмъ-то кроткимъ и примиряющимъ. Я заходилъ