b000000551

— 237 — не вѣритъ, не занимается и не хочетъ имъ заниматься. Если онъ и читаетъ религіозную книгу, то читаетъ изъ любопытства, для развлеченія, чтобъ убить время; она служитъ для него такимъ же занятіемъ, какъ курепіе табаку или питье чаю. Въ своемъ равнодушіи ко всему немате- ріяльному, китайцы зашли такъ далеко, что они даже не заботятся, истинно ли ученіе вѣры или нѣтъ, хорошо ю гтт дурно; религія у нихъ — мода, которой можно слѣдовать и ие слѣдовать. И миссіонеры, послѣ столькихъ усилій и труда, имѣютъ одно утѣшеніе сказать, что гласъ ихъ раз- дается въ пустынѣ. А между тѣмъ, дѣла съ опіемъ пошли очень быстро!.. Впрочемъ, этотъ предметъ такъ обширепъ, что можетъ повести слишкомъ далеко; а мы еще ие дошли до конца узкой улицы, на которой можетъ быть натолкнемся на что- нибудь другое. Вотъ еще лавчонка; слышеиъ звукъ серебра; не мѣняло ли? Войдемъ. Въ лавкѣ, видно, торгуютъ столярными про- изведеніями. Доски, ящики, весла, запахъ крѣпко-душистаго дерева. Два китайца, сидя на корточкахъ, близъ горящихъ углей, кладутъ клейма на американскіе й иснанскіе доллары; одинъ приложитъ клеймо, другой хватитъ молотомъ, и долларъ летитъ со звономъ въ сторону, гдѣ набросана ихъ уже порядочная куча. Хозяинъ лавки, вѣроятно, банкиръ. Въ Китаѣ, изъ йностранныхъ монетъ ходятъ только сере- бряныя, преимущественно американскіе доллары и иснанскіе талеры, и только тѣ, которые имѣютъ штемпель какого- нибудь китайскаго банкира, пользующагося кредитомъ. Между ходячею монетой очень много фальшивой, и рас- плачиваться съ китайцемъ совершенная мука: всякую монету онъ непремѣнно взвѣситъ на рукѣ, и какъ скоро она по- кажется ему сомнительною, звяшетъ ею по полу, раз- смотритъ, подумаетъ, конца нѣтъ!