b000000444

МОДНЫЕ АНГЛИЧАНЕ. 237 с американских гор: как бы ни был вру-т страшный сиуск, как бы головокружителеи ии был стремительный бег вагончика, всякий знает, что телелгка катится по рельсам, что опасности нет никакой: всякий, уплатившиіі свой двугривенный за удовольствие, поволнуется на двугривен- ный и невредимый вернется во свояси. И до того про- никся Локк вкусами своего прохладно-пылкого заказчика, до того убежден в житейской неизбежностн и художе- ственной необходимости брачного исхода всех треволнений и метаний, что даже такие протестующие натуры, как «любимый бродяга» Параго, далге такой бесшабашный гасконец, богема, шардатан, болтун, как Аристид Пюжоль, носле всех своих гениальных провансальских фапфаронад, бутад, эскапад,- кончаіот у него свои умопомрачительные приключения под пуховиком брачной иднллии, благонрав- ной и благопотребной. Оттого, когда раскроется этот неизменныіі и сокровенный стержень романов Локка, они пачинают напоминать лакричные конфетки; сперва сладко- вато, но потом тошновато. Все это тем прискорбнее, что Локк и настоящий ху- дожник, и неглупый человек. Конечно, пи образы, ни суждения его не поражают ни глубиной, ни размахом. Но образы его живут, а суждения его часто метки и остроушіы. Качество рёдкое: он не только умен, но он умеет изображать умных людей. Иногда остаются в па- мяти их фигуры, их словечки— и когда вспомипаешь их, становится так жалко, что этот бойкий, умелый писа- тель — только милый забавник, лишь изредка достойный себя, а вообще — не болыпе, чем поставщик весьма увле- кательной и весьма забвенной беллетристики, все твор-