b000000444

190 А. Г. ГОРЯФЕЛЬД. пересозданных, от природы типичных фактов. Ксгда Че- хов загшсывает: «Летним утром. в воскресенье, елышен стук экипажа: это поехали е обедне», то в этой заииси как бы чувствуется отголосок только-что пережитого впечатления. Чехов даже дату отметил — 13-го декабря — того дня, когда «видел владелицу фабрики, мать семей- ства, богатую русскую женщину, которая никогда не видела в России сирени». Еонечно, такой факт казался ему ярче и невероятнее всяеой выдумки, и такими не- вероятностяли, выхваченными из жизни,. полны книжіш Чехова. Но в его писательской психологии существеннее другое: то, что Чехов был хороший набліодатель, знает всякий. Заметки в его записной книжке говорят о дру- гом: он был преяаде всего изобретатель, удивительно бо- гатый выдумкой. яркой и убедительной. От шаржа первых юмористических рассказов он иришел к утонченньш схе- мам своих повестей и драм, но там и здесь оставалась единой поэтика Чехова, там и здесь поражает умение «из себя» создать сюжет. Недаром Чехов хвалился бо- гатством тэм, недаром он готов был о чем угодно, — хоть вот о стоящей перед ним пепельнице, — написать рассказ. Малейший намек действительности давал ему толчек, и достаточно быдо этого легкого прикосновения, чтобы творческое воображение Чехова унеслось под небеса. Про- изведения его творчества заставляют отнести его к реа- листам; в процессе творчества он был как бы фантастом реализма. Трезвы, просты, повседневны его темы, его люди, его интриги, но когда вдумываешься в течение мысли, их создавшей, то кажется, что она создала их из ничеіо. 1914,