b000000444

134 А. Г. ГОРНФЕЛЬД. мешала французекому языку быть вытесненным — напри- мер, в Египте — английским, который, как известно, не считается образцом благозвучия. Очевидно, распросхра- пение языков не в очень сильной степеии определяется их благозвучием, к тому же часто спорным, как сиорно, увы, многое в этой области субъективных оцеиок. У немцев, конечно, тоже есть предтечи Бальмонта, ио от того его размышления и притязания не становятся более основательными, — скорее наоборот. В полном согласии с нашим поэтом (только за двадцать пять лет до него) немецкая аоэтика Гейнце и Гетте тоже уверяет, что А, во-первых,, первично, во-вторых, властно. И аргументы почти те-же. Первичность А утвсрзкдается тем, что «все Еультурные языіш начинают свой алфавит с А». Прихо- дится, очевидно, забыть, что все культурные народы, получив алфавит от финиішян, в общем, просто следуют его порядку, цринятому финикиянами. Властность звука А также устанавливается довольно решительно; «А является первоначально выражением первобытного изумления чело- веческого существа пред подавляющим егоявлением мировой громады, и оттого при помощи этого звука обдачаются в одеяние слова— понятия, обозначающие для нас все высокое все значительное, все требующее благоговейного преклонения: Vater, Ahnen, Saal, erhaben, Adler, klar, wahr. Sage, Strahl». Однако, — если основы властности А столь общечеловечны, то соответственные «властные» слова должпы бы и в русской речи заключать звук А. Между тем Vater это отец, Ahnen — предки, erhaben — возвышенный, Adler — орел, Strahl — луч и т. д.; из перечисленных горделивыми