b000000442

ГЕОРГІІІ МАКАРТНЕІІ. 467 Пьшітъ дорога межъ полеи, Мнѣ сердце шепчетъ: ѣдетъ милыіі! «Несется ль бѣлой пеленой По небу Tyqa дождевая, Я жду — идетъ зима родная; Встаетъ лп цыль въ дали пустой, Скажу: вотъ онъ, любезный моіі! 3. Цѣлительныи, чудный напитокъ аракъ, Которымъ насъ вождь угощалъ, Какъ медъ, онъ пріятенъ и сладокъ въ уетахъ: Такъ выпьемъ его въ круговую скорѣе! Безумье -^ всегдашняя доля того, Кто пьетъ невоздернгно аракъ, ВоздержныИ въ восторгъ лишь придетъ отъ него. Ликуй-же здоровье, и юность, и спла! Намъ рѣдко доводится вмѣстѣ бывать И сокъ молока благодатный вкушать, А братекій пиръ — сердцу завѣтная радость! Монгодьскій языкъ коренной, не смотря на множество твердыхъ звуковъ очеиь выразительный и, кажется, способенъ кь большому развитію; Монгольскія буквы выражаютъ цѣлые слоги и состоятъ изъ 187 знаковъ, которые, подобно Китай- екимь, ішшутся ристью на лисіѣ перпендикулярно, сверху внизъ, но строки считаются слѣва направо. Литература Монголовъ, очень во«ііріиичивыхъ къ знаніяыъ, уже довольно богага', но до сихъ поръ еще болыпею частію сосгоить изъ иереводовъ Китай- скихъ и Индостанскихъ сочиненій. Самое древнее изъ произве- деній ихъ собственнаго ума — Законникъ, во многихъ составныхь своихъ частяхъ доходящій до временъ Чингисхана. Въ 1691 году онъ пересмотрѣнъ законовѣдами въ Пекинѣ, совсѣмъ передѣланъ по сличеніи его съ древними и новыми преданіями и отдѣльиы- ми постановленіями Моигольскихъ вождей и напечатанъ на Мон~ гольскомъ г Манджурскомъ и Китайскомъ языкахъ. Онъ ыазна-