b000000442

40 i ІОЛППЪ [ІЕЙГОФФТ.. нихх нѣтъ общесівепной веселости, которая вь такомъ случаѣ главное дѣло у Европейца, Гости никогда не обѣдаютъ вмѣстѣ за однимъ столомъ, у каждаго изъ нихь особенный; ипогда са- дятся по двое, но иикогда болѣе четырехъ О разговорахъ со- всъмъ нельзя и думать, по тому что все вниманіе каждаго гостя должно быть пепремѣнно обращено иа хозяииа и его движенія: падобно замѣчать ка;кдый кусокъ, который онъ кладетъ въ ротъ, каждый стаканъ, подносимый имъ ко рту: хорошо воспитаниый Китаецъ безъ особенныхі. церсмоній не станетъ ни ѣсгь, ни пить, и требуетъ, чтобы видѣли эго. Когда приглашенный не можетъ явиться по нездоровью, или по другой какой причинЬ, доля его въ обѣдѣ торжесівепно посылается къ нему на домъ, — обьтчай, который одинъ уже доказываетъ достаточио, какъ мало цѣнять общественное развлеченіе обѣда: главное "дѣло кушанья, и мно- жество ихъ отвѣчаетъ уваніеніго, которымъ считаютъ себя обя- занными къ гостямъ. По Китайскому мнѣнію, мѣра желудка опре- дѣляется не£по величипѣ его и аппетиту, a no чину человѣка, которому принадлсжитъ этотъ желудокъ: отъ того-то начальникь посольства всегда получаетъ впягеро больше всякаго другаго изъ его свиты. Главная часть каждаго обѣда рисъ. Многіе изъ низ- шихъ классовъ почти и не имѣютъ другаго кушанья: «кушали ли вы свой рисъ»? обыкновеиное привѣтствіе при встрѣчѣ двухъ зна- комыхъ. ] Богатый не знаетъ почти никакихъ ддугихъ удоволь- ствій, кромѣ хорошо уставленнаго кушаньями стола: его обѣдъ нродолжается иѣсколько часовъ и опьянѣніе, если толькэ не вы- ставляютъ его на показъ, ничего не имѣетъ соблазнительнаго; даже говоря о комъ нибудь, что у него «полная мѣра», т. е. онь миого можетъ выпить, не пьянѣя, дѣлаготъ комплиментъ ему. Европеецъ легко оставитъ безъ вниманія эту слабую сторону Ки- тайцевъ, но жестоко должснъ осуждать ихъ гнусное обыкнове- ніе объѣдаться другъ у друга: они набиваютъ себѣ животъ до удушья, и чѣмъ больше показываютъ гости признаковъ объядѣ- нія, тѣмъ довольнѣе хозяинъ. Кромѣ ѣды, главное развлеченіе въ обществахъ игра, любимая Китайцемъ до того страстно, что онъ рѣдко выходитъ, не снрятавь въ карманъ картъ или костей; ко- гда же у него ихъ нѣтъ, онъ нрибѣгаетъ къ «теои моі», для чего употребляетъ одни пальцы. Двое усядутся другъ противъ друга, вь одно время ноднимугь руки. каждый прикричитъ чис-