b000000442

МУХАММЕДЪ ИБНЪ-БАТУТА. 129 янка; когда же приблизилась къ Константинополю, на встрѣчу кь ней выгали ея родители, братья и сестры, Дворъ и почти все населеніе столицы въ лучшихъ нарядахъ, съ барабаннымъ боемъ и радостиыми восклицаніями: сдѣлалась такая тѣснота, что Ибнъ-Батута подвергался опасности лишиться жизии, и едва только издали могъ видѣть пріемъ Принцессы. Она вошла въ свой родыой городъ уже при захожденіи солпца, и тогда зазвонили такъ сильно въ колокола, что потрясенъ былъ воздухъ. ГІа че- твертый день послѣ того Ибнъ-Батута представлялся Императору, однако жь, сперва обыскали его у пягыхъ, охраняемыхъ стражами, воротъ дворца, и убѣдились, что съ нимъ нѣтъ оружія: этой обрядпости подвергался всякій, желавшій явиться къ Императору, инострансцъ ли онъ, или тамотній урождеиецъ. Потомъ ввели его въ пріемную залу, гдѣ онъ засвидѣтельствовалъ свое почте- ніе Императору, сидѣвшему на престолѣ съ жсноео и дочерью, Татарской Княгипей, и принятъ имъ очень милостиво. На вопросы о приключёніяхъ его въ путешествіяхъ, онъ отвѣчалъ черезъ тол- мача, Жида по пройсхожденію; на прощаньи Императоръ пода- рилъ ему почетное платье, совсѣмъ снаряжепнаго коня и свой зонтикь, что считается совбршенно особеннымъ отличіемъ. Дали ему и проводника, чтобы показать замѣчательности города. Онъ посвятилъ много дней на удовлетвореніе своего любоііытства, осматривалъ также и славную во всемъ свѣтѣ СоФІйскую цер- ковь, но только снаружи, по тому что при входѣ стоялъ крестъ, которому должньі были молиться всѣ, желавшіе войти вЪ церковь. Цробьівъ одинъ мѣсяцъ и шесть дней, Ибнъ-Батута покинулъ Коисгаіітинополь и возвратился въ Астрахань. Хотя сдѣсь обра- щались съ нимъ съ отличіемъ, однако жь ненасытная страсть къ путепіествіямъ не давала ему покоя. Вскорѣ онъ распрощался еъ Татаріею и пошелъ великою степью, безъ травы и воды, въ Хо- варезмъ, столицу соименнои страны между Каспійскимъ и Араль- скимъ морями. Онъ описьтваетъ ее величайшимъ городомъ, ка- кимъ только владѣютъ Гурки, и ея жителей — очень ласковыми игостепріимными людьми. Однако жь, одннь обычай у нихъ онъ нашелъ очень сграннымъ: въ присутствіи всей общины Иыанъ таки порядочно сѣкъ всякаго, ктр хоть, однажды пропускалъ бып> за богослуженіемъ, для чего и висѣла въ каждой мечети 17