b000000240

поЕоровы и лшныт коморы КОДОДН- МІСІІОе Н К^Д^ЧН ТЛЛІЙ KKOA't дни поздчо. рлшнего ^которо /ИОМЧИ НСОБОМ шлит?/ слКжекннкд бго лі кнзгя ро/мднд ф^доро. внчд сдкгукд во№оды крдшского стдро. іты жнтоліиского деждбцы рпнкого (ѴЛН- ЗДрд ЗДИЦД пошо бслін еу знимн до зді^ коЕелского дорддннкд кнз^ купского икднд кедгліЕТд и кгды qmo прншли до норо н фотки зДлікобо? нно коронм RO. ротд н фотк?/ передх ндлін зд^ну" и нд кздліо нт^сти н покедн н крдникй пд^ кедеме вд кздліо п^стнтн некдзд пото шди до здк^ сл^гн зДЛікобые кнзга нгп. ского и іиефлне кокескне скотормми кы н лдрй переристрд мн\і&ни ковескн которьі вздліо п^цюно д нд пргсга НЕП^фОНО и j/rifpeHH whh вздліо ^води ддовнде гд вознкі ту сл^гд и ліефдно ков«ки дкы іинн лю. ЕИЛН ВрДННКОКИ КМНЛІЕТОВН Ж£КЫ W НД до сгке вздліо пастнтн кдзд шнн пове. дили ліы TfEf вто нел^дшо ш т го ты говорн нно д кове нд вздліо нтЛтнли дкыліо іиньТ жндо и ?кндо п кн 5/в£зем вздлік^ НЕВНделн дле стогамн ^воро здліковьгда мышддн бліо волде велнкн годосо скрыко н ндрекдшх тдкобьГ сло тешшо вгз" н ліо'добле іикруное вепрднг дкевннс w врд. ннкд коБЕСкого кедшетд н ддринд п£р?рн- сты вчопд еогз н дмдг іиповгдде и до ПрДБД БО/Ш еСДН БвТліО ШТО КОЛ\^ ВНННМЫ готовЕіш того спрдвнтн которы? укндове По приказанію твоему урядовому, ѣз- диль я въ Ковель, съ ашдами Владимірскими: Нахимомъ Шимановичемъ, Либкомъ Моше- евичемъ и Маиромъ Изайяшевичемъ , писа- ремъ поборовымъ и мытнымъ коморы Вла- димірской. ІІрибывъ въ Ковель, третьяго дня, во вторникъ, вмѣстѣ съ шляхтичемъ Олизаромъ Зайцемъ , слугою его милости, князя Романа Ѳедоровича Сангушка, вое- воды Браславскаго, староетыЖитомирскаго, державцы Рѣчицкаго, я ходилъ въ замокъ Ковельскіи, къ уряднику князя Курбскаго, Ивану Келемету. Когда мы пришди къ во- ротамъ, къ калиткѣ замка, то привратыикъ ворота и калитку предъ нами замкнулъ и насъ въ замокъ не пустилъ, сказавъ: «уряд- никъ , панъ Келеметъ , васъ въ замокъ пу- скать не велѣлъ.» Потомъ шли въ замокъ дворовые слуги князя Курбскаго и мѣщане Ковельскіе, съ которыми былъ и Лавринъ перекрещенецъ, мѣщанинъ Ковельскіи. Они были пущены въ замокъ, а насъ все таки не пустили. И я, возный, говорилъ тѣмъ слугамъ и мѣщанамъ Ковельскимъ, прежде нежели они вошли въ замокъ: «скажите уряднику Келемету, чтобъ онъ приказалъ пустить насъ къ себѣ въ замокъ.» Они отвѣчали: «мы твоихъ словъ не слушаемъ. » Но хотя насъ въ замокъ и не пустили, чтобъ мы не могли видѣть жидовъ и жидовку, посаженныхъ въ яму, однако стоя у воротъ замковыхъ, мыслышали громкійвопль,крикъ и жалобу слудующими словами: «терпимъ закдюченіе и жестокую муку, безвинно, безправно, отъ урядника Ковельскаго Келе- мета и Лаврина перекрещенца, въ чемъ свидѣтельствуемся Богомъ и людьми и про- симъ суда. Если мы виновны предъ кѣмъ либо, то готовы оправдаться.» Бывтіе со