': зшш^'~^'1г^^'щ^ШШШ' - 171 И что того, кто за моремъ бывалъ, Отъ небывалаго и съ вида отличаютъ. Такъі чтобъ отъ прочихъ не отстать, Отецъ немедленно рѣжился Дѣтину за море посдать, Чтобъ доброму онъ тамъ. понаучился; Но сынъ глупѣе воротился Попался на руки онъ школьнымъ тѣмъ вралямъ, Которые съ ума не разъ людей сводили, Неистолкуемымъ давая толкъ вещамъ, И малаго не научили, А навѣкъ дуракомъ пустили. Бывало, съ глупости онъ попросту болталъ, Теперь все свысока безъ толку толковалъ; Бывало, глупые его не понимали, А нынѣ разумѣть и умные не стали. Домъ, городъ и весь свѣтъ враньемъ его скучалъ.— Въ метафизическомъ бѣснуясь размышленьи 0 заданномъ одномъ старинномъ предложеньи: «Сыскать начало всѣхъ началъ»,— Когда за облака онъ думой возносился, Дорогой шедши—оступился И въ ровъ попалъ. Отецъ, который съ нимъ случился, Скорѣе бросился веревку принести— Премудростьизо рва на свѣтъ произвести; А умный между тѣмъ дѣтина, Въ той ямѣ сидя, разсуждалъ: «Какая быть могда причина, Что оступился я и въ этотъровъ попалъ? Причина, кажется, тому землетрясенье, А въ яму скорое стремленье;^— Центральное влеченье, Воздушное давленье...» Отецъ съ веревкой прибѣжалъ; «Вотъ», говоритъ: «тебѣ веревка! ухватися! Я потащу тебя, держися!» —«Нѣтъ, погоди тащить: скажи мнѣ напередъі», Понесъ студентъ обычный бредъ: «Веревка вещь какая?» Отецъ его былъ не ученъ, Но разсудитеденъ, уменъ; Вопросъ ученый оставляя, «Веревка вещь», ему отвѣтствовалъ,«такая, Чтобъ ею вытащить, кто въ яму попадетъ». —«На это бъ выдумать орудіе другое!» Ученый все свое несетъ: «А это что такое?... Веревка!—вервіе простое!» —«Да время надобно!» отецъ ему на то: «А это хоть не ново, Да благо ужъ готово». —«Да время что?» —«А время вещь такая, Которую съ глупцомъ не стану я терять: Сиди», сказалъотецъ: «пока приду опять». Что, если бы вралей и остадьныхъ собрать И въ яму къ этомувъ товарищи послать?... Да, яма надобна большая! Хемиицерз, 38. ПѢТУХЪ, КОТЪ И МЫШЕНОКЪ. 0 дѣти, дѣти, какъ онаснываши лѣта!— Мышенокъ, не видавши свѣта, Попалъбыдо въ бѣду, и вотъ какъ онъ о ней Разсказывалъ въ семьѣ своей: «Оставя нашу нору И перебравшися чрезъ гору, Границу нашихъ странъ, пустился я бѣКакъ молодой мышенокъ, Который хочетъ показать, Что онъ ужъ не ребенокъ. Вдругъ съ розмаху на двухъ ашвотныхъ набѣжалъг Какіе звѣри—самъ не зналъ! Одинъ такъ смиренъ, добръ, такъ плавно' выступадъ, Такъ мидовиденъ былъ собою; Другой: нахалъ, крикунъ —теперь лишь. будто съ бою; Весь въ нерьяхъ, у него косматый крюкомъ хвостъ; Надъсамымълбомъ дрожитъ наростъ. Какой-то огнѳннаго цвѣта, И будто двѣ руки, служащи для полета. Онъ ими такъ махалъ И такъ ужасно горло дралъ, Что я, таки нетрусъ, а подавайБогъноги— Скорѣе отъ него съ дороги. Какъ бодьно! безъ него я вѣрно бы въ другомъ. Нашелъ наставника и друга! Въ гдазахъ его была написанаусдуга! Какъ тихо шевелилъ пупшстьшъ онъ хвостомъі
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4