— 95 — Свѣтлыхъ міровъ; погруженъ въ созерцанье, печально еказалъ онъ: «Сладостный входъ во блаженство, почто загражденъ Аббадонѣ? 0, для чего не могу я опять залетѣть на отчизну, Еъ свѣтлымъ мірамъ Вседержителя, вѣчно покинуть Область изгнанья? Вы, солнцы, прекрасныя чада созданья, Въ оный торжественныйчасъ, какъ, блистая, изъ мощной десниды Вы полетѣли по юяому небу —я былъ ^ васъ прекраснѣй. Нынѣ стою, помраченный, отверженный, сирый нзгнанникъ, Грустный, среди красотъ мірозданья. 0 нёбо родное, Видя тебя, содрогаюсь: тамъ потерялъ я блаженство; Тамъ, ополчивпшсь на Бога, сталъ грѣшникъ. 0 миръ непорочный, Милый товарищъ мой въ свѣтлой долинѣ спокойствія, гдѣ ты? Тщетно! одно лишь смятенье при видѣ небесныя славы Мнѣ Судія отъ блаженства оставилъ—печальный остатокъ! Ахъ, для чего я къ Нему не дерзну возгласить: мой Создатедь! Радостно бъ нѣжное имя Отца уступилъ непорочнымъ; Пусть неизгнанные въ чистомъ восторгѣ: Отецъ! восклицаютъ. О Судія непреклонныйі преступниЕъмолить не дерзаетъ, Чтобъхоть единымъТы взоромъ его носѣ ■ тилъ въ сей пучинѣ. Мрачныя, полныя ужаса мысди и ты, бѳзнадежность, Грозный мучитель, свирѣпствуй!.. Почто я живу? 0 ничтожность! Или тебя не узнать?.. Проклинаю сей день ненавистный, Зрѣвшій Создатѳля въ шествіи свѣтломъ съ предѣловъ востока, Слышавшій слово Создателя: будиі слышавшій голосъ Новыхъбезсмертныхъ, вѣщавшихъ: и братъ нашъ возлюбленный созданъ. Вѣчность, почто родила ты сей день? Почто онъ былъ ясенъ, Мрачностью не былъ той ночи подобенъ, которою Вѣчный, Гнѣва грозой ополченный, Себя облекаетъ? Почто онъ Не былъ проклятіемъ Бога гнетомъ, обнаженъ отъ созданій?.. Что я изрекъ?.. 0 хулитель, кого предъ очами созданья Ты порицаешь? Вы, солнцы, меня опалите, вы, звѣзды, Гряньтесь ко мнѣ на главу и укройте меня отъ престола Вѣчныя правды и мщенья! 0 Ты, Судія непреклонный, Или надежды вѣчность Твоя для меня не скрываетъ? 0 Судія, Ты Создатѳль, Отецъ... что вѣщаю, безумецъ! Мяѣ ль призывать Іегору, Его нарицать именами, Страшными грѣшнику? Ихъ лишь даруетъ одинъ Примиритель. Ахъ, улетимъ; ужъ воздвиглись Его всемогущіе громы... Страшно ударитъ меня... улетииъ... но куда?.. гдѣ отрада?» Рекъ—и ударилсябыстро во глубь безпредѣльныя бездны... Горько взывалъ онъ: «сожги, уничтожь меня, огнь-разрушитель!» Вопли исчезли въ нустынѣ, и огнь не притекъ разрушитель! Смутяый, онъ снова помчался къ мірамъ и приникъ, утомденный^ Къ нѣкоему пышноблестящему солнцу. Оттолѣ на бездны Скорбно смотрѣлъ онъ. Тамъ звѣзды кипѣли, какъ свѣтлое море; Вдругъ залетѣла на солнце заблудшая въ безднѣ планета; ЧаСъ ей насталъ разрушенья. . . уже задымилась и рдѣда... Къ ней нолетѣлъ Аббадона, надѣясь разрушиться вкупѣ... Дымомъ она разлетѣлась, но, ахъ... не погибъ Аббадона! Жуковскш. Ц і
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4