80 Нѣтъ лучше юноши на всей Подсолнечной нланетѣ: Рожеръ—прелестный рыцарь сей— Рожеръ мнѣ все на свѣтѣ. Его отъ колыбельныхъ дней Лелѣялъ я, какъ сына; Желанье пылкое честей И грозиая судьбина Его за Аграмантомъ вслѣдъ Во Францію умчали: Его хочу спасти отъ бѣдъ, Увесть изъ чуждой дали. Въ семъ мѣстѣ замокъ для того Построилъ я прекрасный, Чтобы любимца своего Укрыть въ немъ безопасно; Я завладѣлъ имъ,,какъ тобой Мнѣ завладѣть желалось, А послѣ уводить съ собой Мнѣ въ замокъ удавалось Прелестныхъ рыцарей и дамъ, Чтобъ юному герою Нп разу не сгрустнудось тамъ Съ веселою толпою. Унихъ одной свободы нѣтъ— Уйти имъ не позволю, А прочнхъ благъ, которыхъ свѣтъ Такъ жаждетъ—;Вволю; Чего ни захотятъ—все есть: Наряды, пляски, пѣнье;- Въ пирахъ есть что попить, поѣсть; Все нѣжитъ слухъ и зрѣнье. Я начиналъ уже плоды Сбирать моей заботы, Но ты пришелъ—и вдрахъ труды, И впрахъ мои расчеты! Черты прекраснаголица Есть знакъ души прекрасной, Какъ у тебя,—и за птенца Молю я не напрасно. Возьми мой щитъ, передъ тобой И этотъ конь воздупшый, Возьми двухъ-трехъ друзей съ собой, Герой великодушный, Возьми ихъ всѣхъ до одного— Все забери съ собою, Но не Рожера моего: Его оставь со мною. По если силой у меня Рожера взять рѣшишься, Молю, и плача и стеня, Пока не возвратишься Во Францію, освободить Мой духъ отъ плоти хилой». —Рожера-то и возвратить Хочу свободѣ милой,— Она въ отвѣтъ:—мольбы твои— Все вздоръ; плачь, сколько хочешь.. А конь и щитъ и такъ мои, Ты о пустомъ хлопочешь: Они мои по праву сѣчъ, Ты въ нихъ не властенъ болѣ; Странна ынѣ о размѣнѣ рѣчь, — Ты самъ теперь въ неволѣ... Ты говоришь: тебѣ твоей Наукою открыто, Что близокъ къ гибели своей Рожеръ мой знаменитой; Ты предузналъ чужой конецъ; А что тебѣ грозило, Не предузналъ?.. Ты лжецъ и лжецъ, Какихъ не много было. Не умоляй о смерти, нѣтъ! Напрасное моленье! Когда жъ покинуть хочешь свѣтъ, И жизнь тебѣ—мученье: Самъ, мужествомъ вооружась, Сбрось грустной жизни бремя... Пока не наступилъ твой часъ, Зачѣиъ терять намъ время? Скорѣе плѣнниковъ спасемъ Отъ пышной ихъ темницы,— Сказала и впередъ съ волхвомъ, Опутаннымъ въ плѣницы. Атлантъ въ своихъ цѣпяхъ за ней Идетъ, и Брадаманта Ни на мгновеніе очей Не хочетъ свесть съ Атланта, Еакъ онъ тогда пи присмирѣлъ Отъ тягостной печали. Идутъ: вотъ ихъ пути предѣлъ; Вотъ подъ утесомъ стали, Еакъ бы нежданно очутясь Предъ тѣсною калиткой; Утесомъ лѣстница вилась И къ замку шла^улиткой. Атлантъ съ порога камень снялъ, Весь въ письменахъ, символахъ; Подъ нимъ фіаловъ рядъ стоялъ; Надъ ними дымъ, какъ пологъ, Висѣлъ, едва струясь, и въ нихъ Таился пламень алой. Атлантъ ихъ вдребезги—и вмигъ Все степью дикой стало:
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4