b000000222

60 УЧЕНЫЯ ЗАПИСКИ Будь мнѣ преданъ душой, а не то — чортъ съ тобой, Пропадешь ты, какъ песъ, безъ меня!... Но обмануть ты не быдъ ли глупой мечтой, Нашэимѣръ, хоть мистерій своихъ? Ты невольно порой — охъ, раздуй те горой! Съ панталыку сбиваешься въ нихъ"! — „Не мистерилось мнѣ, не нисалъ я пять дней, А все видѣлъ и слышалъ я самъ"... — „Ахъ ты, Мит Тимоѳеичъ, изъ лыка ты сшитъ! Мнѣ ты смѣешь совѣты давать!" {К. А. Бахтуршг, Баронъ Брамбеусъ. Русскіе поэты въ біографіяхъ и образцахъ, изд. Полевого, СПБ. 1888 г., стр. 557 — 559). Никитенко такъ описываетъ Тимоееева: „Встрѣтилъ недавно Тимоѳеева, бывшаго нѣкогда лв- тераторомъ, но уже давно не появлявшаяся въ печати. Я не видѣлъ его лѣтъ 15 и насилу могъ узнать. Лицо его, нѣкогда довольно пріятное, теперь точно опухло и заплыло жиромъ. Онъ женился, разбогатѣлъ, взявъ за женой огромное имѣніе, не служитъ, отъѣдается и отпивается то въ своихъ деревняхъ, то въ Москвѣ. Это былъ большой писака! Писа- ніе у него было родъ какого то животнаго процесса, какбы совершавшагося безъ его вѣдома и воли. Онъ мало учился и мало думалъ. Какъ подъ мельничными жерновами, у него въ мозгу все превращается въ стихи, и стихи выходили гладкіе, иногда даже въ нихъ присутствовала мысль, — но все- таки, кажется, безъ вѣдома автора. Журналы наполнены были его стихами. Онъ издалъ три тома своихъ сочпненій съ портретомъ — и вдругъ замолчалъ и скрылся куда то. Но вотъ теперь вынлылъ съ семьей, съ деньгами и съ брюхоыъ — уже безъ стиховъ. Впрочемъ, виноватъ, стихи есть. У него со временемъ развилось странное направленіе; онъ нисалъ п пряталъ все написанное. У пего полны ящики исписанной