b000000222

ш'иложеше 57 словами, и даже, если припомню, пропѣлъ о чемъ-то одипъ м'ааералъ, — то-есть предметъ уже вовсе неодушевленный. Во- обще же всѣ поютъ безпрерывно, а если разговариваютъ, то какъ-то неопредѣленно бранятся, но опять таки съ от- хѣкаомъ выСшаго значенія. Наконецъ, сцена опять перемѣ- няется, и является дикое мѣсто, а между утесами бродить одйнъ цивилизованный молодой человѣкъ, который срываетъ и сосетъ какія-то травы, и на вопросъ феи: „зачѣмъ онъ со- сетъ эти травы?" отвѣтствуетъ, что онъ, чувствуя въ себѣ избытокъ жизни, ищетъ забвенія и находитъ его въ сокѣ этихъ травъ, но что главное желаніе его — поскорѣе потерять умъ (желаніе, можетъ быть, и излишнее). Затѣмъ вдругъ въѣзжаетъ неописанной красоты юноша на черномъ конѣ, и за нимъ слѣдуетъ ужасное множество всѣхъ народовъ. Юноша изображаетъ собою смерть, а всѣ народы ея жаждутъ. И, наконецъ, уже въ самой послѣдней сценѣ вдругъ появляется Вавилонская башня, и какіе-то атлеты ее, нако- нецъ, достраиваютъ съ пѣсней новой надежды, и когда уже достраиваютъ до самаго верху, то обладатель, положимъ, хоть Олимпа, убѣгаетъ въ комическомъ видѣ, а догадавшееся че- ловѣчество, завладѣвъ его мѣстомъ, тотчасъ же начинаетъ новую жизнь съ полнымъ проникновевіемь вещей. Ну, во^ъ эту- то поэму и нашли тогда опасною". Что касается до источниковъ этой поэмы В. С. Пече- рива, то одинъ изъ нихъ уже указанъ Достоевскимъ: II ч. „Фауста" Гёте. Вторымъ источеикомъ, на нашъ взглядъ, является мистерія А. В. Тимоѳеева „Послѣдній день", т. е. вселенной. Коснемся этого любопытпаго произведенія, а также и самого автора.