b000000216

6 УЧЕНЫЯ ЗАПИСКИ 105 — впослѣдствіи диреЕторъ коыыерческаго училища въ М осев Ѣ), Васьяновъ, Каменскій, Еатковъ, Ключаревъ, Кодра^ ковъ, Людоговскій, Миско и Нѣмцовъ. „Изъ чтеній Ивана Ивановича", продолжаетъ Буслаевъ, „живѣе сохранились въ моей памяти три эпизода, выходившіе изъ рамокъ общей системы курса. Такія отступленія на лек- ціяхъ были тогда въ обычаѣ и у другихъ профессоров!, когда они чувствовали потребность подѣлиться съ нами тѣмъ, что въ данную минуту ихъ особенно интересовало. Одинъ изъ эпизодовъ состоялъ въ риторическомъ разборѣ предисловія Карамзина къ его Исторіи государства россійскаго. Разборъ этотъ тогда произвелъ на меня сильное впечатлѣніе автори- тетной строгостью въ неукоснительномъ преслѣдованіи нело- гическаго сопоставленія и порядка мыслей при неточности- ихъ выраженія, какъ въ отдѣльныхъ словахъ, такъ и въ обо- ротахъ рѣчи; но и теперь на основаніи этого мастерского опыта полагаю, какимъ обравцовымъ инспекторомъ и дирек^ торомъ учебныхъ заведеній могъ быть Иванъ Ивановичъ Давыдовъ. • Другой его эпизодъ былъ далеко не такъ удаченъ. Въ то время прогремѣлъ въ литературѣ и публикѣ нѣкій Бене- диктовъ своими звонкими и фигуристыми стихотвореніями, который какъ разъ совпали съ появленіемъ вычурной прозы Марлинскаго, еще не совсѣмъ заглохшей тогда, благодаря господствовавшему у насъ въ тридцатыхъ годахъ шовинизму. Увлекшись прелестью новизны и громкою молвою, Иванъ Ивановичъ горячо ускорилъ подѣлиться съ нами своимъ во- сторгомъ и принесъ на лекцію стихотворенія Бенедиктова; прочиталъ изъ нихъ нѣсколько выдержекъ и превознесъ ново- явленнаго поэта чуть не до уровня съ самимъ Пушкинымъ. Но Бепедиктовскій пустоцвѣтъ не продержался и одного года,, завялъ и былъ выброшенъ за окно. Къ чести Давыдова я