b000000216

ПРИЛОЖЕЯІЕ 163 тербургѣ для Іоигпаі сіе Зі-РёіегбЪоигд 1 ) (Апаіуве (Гипе всёпе сШасЬёе сіе 1а іга^ёсііе йе Мг. Роисѣкіп) 2 ), по приглаше- нію графа Лаваля, его начальника яо службѣ 3 ). Прослѣдимъ ходъ мыслей въ этой статьѣ. Веневитииовъ начинаетъ съ того, что до сихъ норъ Пушкинъ жертвовалъ своею ориги- нальностью — удивлен! ю нредъ англійскимъ бардомъ Байрономъ; но при развитіи поэта необходимо, чтобы воздѣйств!е уже зрѣлой силы обнаружило предъ нимъ самимъ, какимъ воз- бужденіямъ онъ доступенъ. Первый толчекъ не всегда рѣша- етъ направленіе духа, но сообщаетъ ему полета, и въ этомъ отношенш Байронъ былъ де для Пушкина тѣмъ же, чѣмъ были для самого Байрона бурныя ііриключеиія его жизни. Ыынѣ поэтическое воспиташе г. Пушкина, повидимому, окон- чено. Независимость его таланта — вѣрная порука его зрѣ- лости. Поэтъ внесъ въ свое творен!е величавую строгость исторіи. Напечатанная сцена (изъ „Бориса Годунова" — въ Чудовомъ монастырѣ) со своей поразительною простотой и энергіею можетъ быть смѣло поставлена на ряду со всѣмъ, что есть лучшаго у Шекспира и Гёте. Личность поэта не выступаетъ ни на одну минуту: все дѣлается такъ, какъ тре- буютъ духъ вѣка и характеры дѣйствующихъ лицъ. Въ этомъ дивномъ драматическомъ отрывкѣ античная простота является рядомъ съ гармоніею и вѣрностыо выраженія — отличительными качествами стиховъ Пушкина. Мы вндимъ, съ какимъ глу- •бокимъ пониманіемъ литературныхъ достоинствъ произведен!й Пушкина, съ какимъ признаніемъ ихъ говоритъ нашъ кри- тикъ. Но онъ же, когда Полевой вздумалъ въ 1825 г. рас- хвалить Пушкина за первую пѣснь „Евгенія Онѣгина" и ■*) Статья напечатана ие была въ ЛоигпаГѢ: Гіятковекій, стр.324 (25). =) Ч. П, стр. 73-78 (191-198), 3 ) Тамъ лге у Пятковокаго. 115