b000000214

38 Въ Берлинѣ уже издавна всѣ поголовно, начиная отъ министра. и кончая посдѣд- нимъ ноловымъ въ гостдницѣ, заражены страстью къ сиекуляціямъ и всевозможнымъ аферамъ. Первѣйшіе государственные сановники, князья, чиновники, какъимелкій людъ, только п мечтаютъ о концессіяхъ, объ акціяхъ, о торговыхъ предпріятіяхъ. Въ свобод- ную минуту любимое занятіе большинства — высчитывать барыши и проценты, которые можно получить отъ того или другаго предпріятія. Мечтатели высчитываютъ даже ба- рыши отъ несуществующихъ предиріятій пли отъ такихъ, которыхъ имъ никто никогда не норучалъ. Самъ государственный канцлеръ Бисмаркъ купался въ мутной водѣ биржи,' когда матер іяльныя дѣла его нѣсколько запутались, и иринималъ дѣятельное участіе въ снекулаціяхъ . Здѣсь даже дѣти и школьники любятъ ходить на аукціоны и всѣ пого- ловно страстно стремятся взять билетъ на ту или другую лотерею, которыя расплоди- лись здѣсь тысячами. Эти лотереи поддерживаетъ здѣсь само правительство и прибѣ- гаетъ къ ихъ помощи каждый разъ, когда ему особенно нужны деньги. «Эти лотереи», сказалъ недавно одинъ насторъ императору, «развращаютъ націю». — «Вы ошибаетесь», отвѣчалъ ему пмператоръ. «Онѣ учреждены съ тѣмъ, чтобы и на этой ночвѣ наказать алчность моего народа: главный выигрышъ никогда не выходитъ». Эта страсть къ на- живѣ и барышамъ безъ труда уже давно сдѣлалась характерной чертой нрусскаго народа. Но иослѣ франко-прусской войны она разлилась но странѣ могучимъ, огненнымъ ното- комъ, обратила въ непелъ множество состояній, погубила массы несчастныхъ, несшихъ свои послѣдніе гроши на то пли другое предпріятіе, развратила народъ до крайнпхъ нредѣловъ. Французскіе милліарды заставили нѣмцевъ забыть даже ту элементарную истину, что только трудъ можетъ развить, какъ частное, такъ и народное благосостоя- ніе, что спекуляція всегда ведетъ народъ къ разоренію, а капиталъ захваченный какъ частнымъ лицомъ, такъ и государствомъ, пусть онъ будетъ даже въформѣ военной кон- трибуціи, — всегда ведетъ къ праздности, алчности, норождаетъ массу гибельныхъ норо- ковъ, развиваетъ разорительныя потребности и въ концѣ-кощовъ ведетъ къ ухудшенііо экономическаго положенія народа. Все совершенно такъ и случилось съ Германіею, иона до сихъ норъ несетъ на себѣ самьиг тяжелыя нослѣдствія контрибуціи, которую она по- лучила съ Франціи. Лишь только пять милліардовъ военной контрибуціи было ввезено въ Германію въ вагонахъ, силошь набитыхъ золотомъ, алчность и стремленіе къ легкой наживѣ, — качества, нрисущія пруссакамъ издавна, тутъ совсѣмъ вышли изъ границъ. Быстро созданы были тысячи предиріятій; акціонерныя общества выростали изъ земли, какъ грибы послѣ дождя. Все было обращено въ акціи: дороги, лавки, магазины, фаб- рики. Но едва публика разбирала акціи, всѣ учредители исчезали, оставляя кассу со- вершенно пустою. Германцы, которые еще совсѣмъ недавно были самаго скромнаго о себѣ мнѣнія, сдѣлались теперь нестерпимо высокомѣрными. И это понятно : громкій военный успѣхъ, какъ замѣчено, всегда въ концѣ-концовъ дурно отзывается на нравственности націи. Она, въ чаду славы, начинаетъ заботиться о нріобрѣтеніи все болыиихъ воен- пыхъ доблестей, упуская изъ виду иреуспѣяніе науки, пскуства, мануфактурную и торговую дѣятельность, благосостояніе народа. Этотъ военный успѣхъ ни на комъ не отразился такимъ роковымъ образомъ, какъ на нѣмцахъ. Уже послѣ Садовой они сдѣлались гораздо болѣе самонадѣянными; послѣ войны съ Франціею они положительно стали заносчивыми, а пять милліардовъ, полученныхъ ими, окончательно вскружили имъ головы. «Мы побѣдили новый Вавилоиъ!» Кричали ученые съ каеедръ, писатели въ га- зетахъ, ораторы въ пивныхъ. «Парижъ уиалъ, теперь Берлинъ займетъ его мѣсто! Онъ будетъ теперь законодателемъ модъ, онъ будетъ всемірнымъ городомъ! Мысоберемъ луч- шихъ мастеровъ всего міра, а такъ какъ это были большею частію пѣмцы, то это бу- детъ и не трудно. Любимыми нарядами и матеріями станутъ тѣ, которыя будутъ выдѣ-