b000000214

433 личинѣ всѣ движенія въ пользу Россіи и уничтожить въ русинахъ симпатію къ этой странѣ. Всевозможпыя стѣсненія, которыя Голуховскій немедленно ввелъ во всѣ сферы жизни и дѣятельности русинъ, заставили ихъ въ 1854 г. закрыть свой клубъвъ Львовѣ; печать совсѣмъ замолчала; русскій языкъ въ школахъ стали преподавать не русины, а поляки, часто вовсе незнакомые съ нимъ; но всѣ эти мѣры казались Голуховскому еще недостаточными. Русины печатали свои сочипенія кириллицею, — теперь и это было вос- прещено; Голуховскій изобрѣлъ особую азбуку и ввелъ ее въ школы. Множество учите- лей, писателей, священниковъ и патріотовъ были сосланы, удалены съ занимаемыхъ ими лостовъ или заключены въ тюрьмы, все изъ-за одного, часто ни на чемъ не осно- ваннаго подозрѣнія въ неблагонадежности, т. е. въ сочувствіи къ Россіи. Даже дѣтей выключали изъ школъ, когда ихъ сочинепія, по мнѣнію ревизоровъ, были проникнуты тѣмъ же направленіемъ. Но Голуховскій не успѣлъ довершить начатаго имъ дѣла, такъ какъ былъ отозванъ въ Вѣну и назначенъ министромъ внутреннихъ дѣлъ. Въ 1860 г. была дарована новая конституція, и Австрія принялась снова за ли- беральныя реформы. Въ одинъ годъ уснѣли упразднить все, сдѣланное Голуховскимъ. Въ 1861 г. было издано распоряженіе, чтобы русскій языкъ по всѣмъ учебнымъ заве- деніямъ преподавался на нрежній ладъ и чтобы печатаніе русскихъ учебниковъ латино- польскою азбукою было оставлено; въ это время получено было также дозволеніе изда- вать политическую газету «Слово». Польскій языкъ, употребляемый до сихъ поръ въ общежитіи даже многими русинами, особенно по городамъ, сталъ замѣняться теперь на- роднымъ языкомъ. Въ это время былъ открытъ русскій клубъ и театръ. Въ одной изъ львовскихъ гимназій всѣ предметы начали преподавать на русскомъ языкѣ и въ львов- скомъ университетѣ учредили двѣ каѳедры съ русскимъ языкомъ. Но нослѣ 1865 г. для русинъ опять наступаетъ реакція, новый рядъ гоненій и нреслѣдованій, которыя пока- зались имъ особенно тяжелыми, такъ какъ мысль и народное самосознаніе крѣпли съ каждымъ счастливымъ для нихъ неріодомъ: это было вторичное назначеніе Голухов- скаго въ намѣстники Галичины. Еще до его пріѣзда стала ходить но рукамъ пѣсенка: «ѣдетъ, ѣдетъ Голуховскій, ѣдутъ польски паны и везутъ для Руси нашей новые кан- далы» . И дѣйствительно, тотчасъ по вступленіи онъ заковалъ русинъ въ польскіе кан- далы. Прежняя политика ссылокъ, доносовъ, отрѣшеній отъ должностей русинскихъ дѣятелей, учителей и профессоровъ, вытѣсненіе изъ народныхъ школъ и учебныхъ за- веденій русскаго языка, онолячбніе русскихъ гадпчанъ, — все это практиковалось и во второй періодъ голуховщизны, но еще съ большимъ цинизмомъ, безпощадностыо и гру- бостью. Такое ноложеніе дѣлъ продолжалось до 1868 года, когда Голуховскій оставплъ свой постъ, послѣ чего опять введены былп мѣры, которыми старались залѣчить раны, часто даже неизлѣчпмыя; опять насталъ неріодъ, когда русины могли вздохнуть болѣе свободно, но и въ настоящее время имъ осталось многаго желать: они до сихъ поръ еще не имѣютъ на сеймѣ, гдѣ рѣшаютъ самыя важныя народныя и государственный дѣла, одинаковыхъ нравъ съ поляками. Хотя они составляютъ болѣе половины населенія Га- личины, но, не смотря на это, онипмѣютъ на сеймѣ самое, сравнительно съ поляками, ничтожное число голосовъ. Они нредставляютъ меньшинство ивовсѣхъ другихъ област- ныхъ учрежденіяхъ, меньшинство ивъвѣнскомъ государственномъ совѣтѣ — рейхсратѣ. Въ верхней налатѣ этого совѣта ноляковъ 12 ч., а русинъ только одинъ. Такая несправедливость даетъ себя чувствовать накаждомъ шагу. Какъ львовскій сеймъ, такъ и окружные сеймы всѣ вопросы обыкновенно рѣшаютъ болыпинствомъ голосовъ, и по- тому русинамъ, вездѣ имѣющимъ небольшое число голосовъ, чрезвычайно рѣдко удается провести какое нибудь дѣло, имѣющее для нихъ громадное значеніе, если только не по- 28