b000000214

399 : = — V нію и чѣмъ дальше удаляются отъ своей родпны, тѣмъ хуже становится ихъ музыка; мало-по-ыалу ихъ концертного залою дѣлаготся шинки и трущобы самагО ) нослѣдняго разряда. При этомъ какъ они сами, такъ и ихъ музыка все болѣе теряготъ національ- ный характеръ. Въ одномъ мѣстѣ они что нибудь заимствуготъ, въдругомъ кое-что за- бываготъ, и такъ черезъ 3 — 4 года странствованія ихъ ренертуаръ состоитъ, какъ и ихъ одежда, изъ пестрыхъ лохмотьевъ, собранныхъ вовсѣхъ странахъ. Вотъ они сидятъ въ саду: скрииачъ — въ нестромъ фракѣ модиаго фасона, гобоистъ—въ шварцвальдскомъ сюртукѣ, флейтистъ — въ пфаіьцской курткѣ; нодъ столомъ у нихъ пивная кружка, штофъ съ виномъ и бутылка съ нивомъ. Всѣ они уясе давно привыкли крѣпкими напит- ками утолять жажду во время дальнихъ переходовъ и бодрствованія по цѣяымъночамъ. Еще хуже полозкеніе арфистки. Чешскія арфистки — дѣвушки если не всегда кра- сивыя, то обыкновенно стройныя; въ выраженіи лица что-то задорное, смѣлое, что по- могаетъ имъ очень быстро освоиться на чужбинѣ. Ихъ юморъ иразговоръ, полный сар- казма, поражаетъ каждаго, кто встрѣчаетъ ихъ вскорѣ послѣ того, какъ онѣ оставили свою родину. Но чѣмъ болѣе онѣ странствуютъ, тѣмъ болѣе юморъ ихъ выдыхается, остроты дѣлддотся плоскими, стройность фигуры замѣняется рѣзкими манерами. И это понятно: чѣмъ болѣе опѣ удаляются отъ своей родпны, тѣмъ болѣе чувствуютъ всю безнадежность своего положенія. Пока онѣ живутъ дома, онѣ играютъ въ семействѣ и обществѣ такую -же роль, какъ всѣ порядочиыя дѣвушки. По во время своихъ стран- ствованій онѣ привыкли вести безиорядочную жизнь, много встрѣчали иустыхъ п празд- ныхъ людей, которые ихъ постепенно втянули въ кутежи п попойки и иріобрѣли такую дурную репутацію, что, возвратившись на родину, ни одна изъ нихъ не найдетъ жениха. Арфистки одѣваютъ пестрое илатье, плотно обтягивающую талію кофточку, сверху набрасываютъ платокъ, который закалываютъ у самой шеи. Онѣ отправляются гораздо далѣе музыкантовъ; ихъ можно встрѣтить рѣшительно вездѣ: въ голландскихъ шинкахъ, въ Швейцаріи и Страсбургѣ и часто даже на берегахъ Сены. Арфистки, какъ и всѣ странствугощіе музыканты, не забываютъ на чужбинѣ своихъ родныхъ. Это видно изъ того, что въ одинъ только годъ и только въ одномъ Пресницѣ было выслано ими по почтѣ болѣе 30,000 гульденовъ. При этомъ нужно помнить, что сумма, высылаемая по почтѣ, самая незначительная, такъ какъ большая часть ихъ нересылаютъ депып черезъ земляковъ и по оказіи. Родные принимаютъ деньги, какъ должное, п когда арфпсткамъ приходится вернуться на ро- дину, къ нимъ относятся еще болѣе сурово, чѣмъ къ музыкантамъ. Что -же касается ихъ прежнихъ иодругъ изнакомыхъ парней, то тѣ и другіе встрѣчаютъ ихъ съ такимъ презрѣніемъ, что онѣ невольно начпнаіотъ дружить только съ товарищами и товарками по своимъ странствованіямъ. Чувствуя свою отчужденность, какъ мужчины, такъ и женщины музыканты недолго остаются на родинѣ; отправляясь странствовать во вто- рой разъ, они у лее гораздо легче разетаютсясъ роднымъкровомъ; послѣ первой побывки и суроваго пріема уже гораздо рѣже кто изъ нихъ заглянетъ снова на родину, о кото- рой они еще такъ недавно мечтали.