b000000214

373 свой родной языкъ. Явились люди, которые стали заботиться о ішбуліденіи паціональ- наго духа, проиовѣдывать необходимость изученія народнаго языка, изслѣдовать забы- тую чешскую старину. Изученіе чешскаго языка требовало необыкноиенныхъ усилій, такъ какъ нодъ гнетомъ германизаціи старый литературный чешскій языкъ былъ со- всѣмъ забытъ. Чтобы простой народъ могъ понимать книги, нужно было создать новый языкъ, который-бы выражалъ всѣ повыя понятія, вошедшія съ тѣхъ поръ къ жизнь и сознаніе, а вмѣстѣ съ тѣмъ не былъ-бы чузкдъ простонародью. Чешскіе ученые нрош- лаго столѣтія начали заниматься этимъ дѣломъ съ такимъ усердіемъ, что теперь языкъ чеховъ отличается необыкновенною точностію въпередачѣ новыхъ понятій, и при тот. безъ излишняго употреблепія иностранныхъ словъ. Национальное самосознаніе народа замѣтно начало пробуждаться послѣ 1810 г. Начинаясь этого времени, внродолл:енііі нѣ- сколышхъ лѣтъ стали находить одипъ за другпмъ древпѣйшіе памятники старины, между которыми главнѣйшими считались: «Судъ Любуши» и «Краледворская рукопись», под- линность которыхъ заподозрѣна громаднымъ большинствомъ ученыхъ. Но въ то время въ Чехіи исключительно господствовалъ нѣмецкій языкъ, п сами чехи видѣли въ немъ нѣчто высшее, ведущее къ свѣту и почестямъ, а въ каждомъ нѣмцѣ своего пана. Вдругъ изъ этихъ памятниковъ чешскій народъ узнаетъ, что и онъ былъ когда-то сильнымъ, что еще тысячу лѣтъ тому назадъ у его предковъ главною задачею было отражать наноръ чуліеземцевъ, отстаивать свою народность н быть на-сторожѣ, особенно про- тивъ нѣмцевъ. На чешскую молодежь производила электрическое дѣйствіе одна пѣснь, изображающая порабощеніе народа, къ которому въ предѣлы «прпшелъ чужой и зашу- мѣлъ чужою рѣчью »; затѣмъ слѣдуетъ возстаніе порабощенныхъ и изгнаніе чужезем- цевъ. Въ поговорку вошелъ стихъ одного отрывка изъ «Суда Любуши»; с не похвально намъ искать у нѣмцевъ правды», и съ этою фразою обращались теперь для упрека къ каждому, кто недостаточно энергично выражалъ свое сочувствіе къ чешству. Н такъ, не смотря па поддѣлку многихъ древнихъ памятниковъ, они все-таки сдѣлалп свое дѣло, въ высшей степени сильно иовліявъ на подъемъ народнаго самосознанія. Другое, еще болѣе важное обстоятельство, содѣйствовавшее развптію народнаго духа, было учрежденіе патріотическаго музея въ Прагѣ. Въ этотъ музей народъ несъ свои драгоцѣнные памятники, и скоро его богатыя коллекціи привлекли всѣхъ чешскахъ ва- тріотовъ, ученыхъ, литераторовъ, что послужило къ сближению между собой пнтелш- генціи и повело ко множеству полезныхъ пзданій. Скоро на различныхъ засѣданіяхъ патріотовъ рѣшено было говорить между собою не иначе, какъ по-чешскп, пѣть п давать какъ можно болѣе спектаклей, тоже, разумѣется, на народномъ языкѣ съ цѣлыо скорѣе освободить чешскую мысль и рѣчь отъ нѣмецкихъ путъ. На это попрпще выступило шю- жество дѣятелей. Все прошлое пятпдесятплѣтіе представляетъ среди чешскихъ патріо- товъ много блестящихъ дѣятелей, съ успѣхомъ поработавшихъ для возрожденія своихъ собратій. Между ними особенно замѣчательны; Шафарнкъ, Палацкій, Юпгманъ, Гавлп- чекъ и др. Въ кайіе -нибудь 30, 40 лѣтъ, трудами своихъ патріотовъ и общими усп- ліями всей націи, чехи достигли такой высоты народнаго образованія, что стали въ этомъ отношеніи на ряду съ другими образованнѣйшпми народами Европы. Литература чешская распространялась все въ болынемъ кругу общества; любовь къ народному языку увеличивалась годъ отъ году, такъ что его стали употреблять, въ большииствѣ случаічгь. даже въ оффиціальныхъ дѣлахъ, между тѣмъ какъ до тѣхъ поръ единственным'!, язы- комъ былъ нѣмецкій; но болѣе всего въ народѣ пробуждалось стремленіе къ изученію чешской исторіи. Мы уже упоминали, что чешская нація иодъ игомъ австрійцевъ состояла изъ про- стонародья, а высшіе классы были люди нѣмецкой крови, иностранцы или онѣмеченное