b000000214

258 прахомъ»... «Радостно германствуетъ теперь освобожденный Шлезвигъ-Гольштейнъ. Но что за награда достанется тебѣ, людъ славянскій? О, Германія! сохрани всю славу, до- бытую и нашею кровью, и потоками нашихъ слезъ; охраняй лишь нашу сво- боду и защищай нашу народность». Съ каждьшъ годомъ граница вендской области въ Нпжиихъ Лужицахъ все болѣе съуживается, все болѣе находимъ въ этой странѣ деревень, которыя уже окончательно онѣмечились. Когда проходишь по одной изъ такихъ деревень, странно впдѣть, какъ бѣ- локурыя, голуооглазыя дѣти поютъ «ЛѴасЫ; ат Кііеіп», меагду тѣмъ какъ 40, ЗОлѣтъ тому назадъ это была чисто вендская деревня; довольно одного взгляда, чтобы убѣдиться въ этомъ , такъ какъ все— архитектура домовъ, одежда женщинъ— чисто вендское. Даже свои фамиліи венды мѣняютъ на нѣмецкія; Мюллеры, Шульцы, Шмидты такъ же часто встречаются въ сербскихъ деревняхъ, какъ и въ нѣмецкпхъ. Процессъ онѣмечиванія именъ происходитъ уже давно, только совершается это не такъ гласно, какъ въ Вен- гріп, гдѣ славянинъ или нѣмецъ, принявъ венгерское имя, желаетъ, чтобы всѣтотчасъ признавали его за настоящаго мадьяра, и объявляетъ въ газетахъ, чтобъ его, такого-то теперь но-мадьярски называли такъ-то. Внрочемъ прежде въ Лузкицахъ сербы еще чаще мѣняли свои фамиліи на нѣмецкія, чѣмъ они дѣлаютъ это теперь. Помѣщики віі деревняхъ всегда нѣмцы; они чрезвычайно содѣйствуютъ онѣмече- нію края, н еще болѣе вліяли въ этомъ направленіи прежде, когда простой людъ нахо- дился у нпхъ въ крѣпостпой зависимости; напротивъ того, священники, которые выхо- дятъ изъ крестьянскаго сословія, дѣйствуіотъ совершенно обратно; они напрягаютъ всѣ силы, чтобы проповѣдями и частными бесѣдами поддерживать свою національность. Кромѣ небольшаго числа священниковъ, учителей и чиновниковъ, всѣ сербы крестьяне. Они не имѣтъ понятія о сословіяхъ, во все продолженіе исторіи у нихъ не было дворянства, тѣмъ не менѣе между ними далеко не существуетъ равенства. Полный хозяинъ, «Виг»' который владѣетъ цѣлоіб гуфою (около 30 моргеновъ), едва ли выдастъ дочь свою за человѣка, владѣющаго половиною гуфы (Ро1еп]"к) или за «бударя» (Вшіаг)), у котораго нѣтъ ничего, кромѣ хижины и огорода. Согласно характеру всѣхъ славянъ вообще, сербы, какъ прусскіе, такъ и саксон- скіе, съ уваженіемъ относятся къ общинѣ, « громадѣ » . Лѣтомъ нодъ липой, а зимою въ корчмѣ происходятъ собраиія землевладѣльцевъ, на которыхъ идутъ серіозные споры о дѣлахъ общины. Прежде старшина, въ видѣ приглашенія на сходку, отиравлялъ по всѣмъ домамъ деревянную дугу, «кокулю», или деревянный молотъ, на которыхъ наклеивалось письменное нриглашеніе, и они странствовали изъ дома въ домъ; посмотрѣвъ, каждый крестьянинъ иередавалъ молотъ своему сосѣду, и такимъ обра- зомъ онъ быстро обходилъ всю деревню. Даже на похороны приглашали такимъ же образомъ, только при этомъ употребляли черную палку. Въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ употреблялась «гея», палка въ видѣ булавы. Когда говорили; «геяходитъ по деревнѣ», то всякій уже зналъ, что настунилъ срокъ взноса налоговъ, и такимъ образомъ палку эту отождествляли съ денежными повинностями. Этотъ обычай существуетъ и во мно- гихъ германскихъ деревняхъ, такъ что трудно сказать, нѣмцы-ли его приняли отъ сла- вянъ, или наоборотъ. Какъ-бы то пи было, но въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ онъ совсѣмъ уже исчезъ, въ другихъ постепенно вымираетъ. Какими вендовъ описывали историки, такими они остались и до настоящаго вре- мени. іредпяго роста, крѣпкаго тѣлосложепія, съ сильными мускулами, съ глад- кими, большей частью свѣтлыми волосами, широкими скулами, плоскимъ носомъ и далеко не столь бѣлой кожей, какъ у германцевъ. Всѣ они чрезвычайно трудо-