b000000214

3 некрещеными. Этотъ религіозный индиферентизмъ даетъ себя чувствовать рѣшптельно вездѣ: число студентовъ, изучающихъ теологію, с г і > каждымъ годомъ уменьшается. Сорокъ пять лѣтъ тому назадъ въ Берлннскомъ университетѣ было 2,203 студента теологіи, а въ 1873 г., не смотря на необыкновенное увеличеніе населенія въ этомъ городѣ, всего 740. Судьи, при допросѣ обвиняемыхъ по разнымъ преступленіямъ, на вопросъ, вѣрятъли они въБога, очень часто получаютъ отрицательный отвѣтъ; а когда въ прошломъ году тотъ-ясе вопросъ былъ заданъ одному обвиняемому изъ рабочихъ, онъ иронически отвѣчалъ: «нѣтъ, господинъ судья, въ такіе пустяки я узке давно не вѣрю! » И это говорятъ не англійскіе нролетаріи, изъ которыхъ многіе не только не бывали въ школѣ, но и ничего не слыхали объ Іисусѣ Христѣ, а нѣмецкіе рабочіе, усиѣшно кончающіе курсъ въ народныхъ школахъ. Храмы рѣшительно вездѣ замѣтно пустѣютъ. Шокированное этимъ правительство, опасаясь, чтобы они въ близкомъ буду- щемъ и совсѣмъ не опустѣли, и желая поэтому поводу прекратить толки иностранцевъ, сдѣлало три года тому назадъ расноряженіе, чтобы всѣ лавки въ городѣ были заперты во время церковнаго богослуженія, но эта мѣра была встрѣчена всеобщимъ неодобреніемъ и нисколько не увеличила и безъ того уже незначительнаго количества обычныхъ посѣ- тителей церквей. Такпмъ образомъ пмнераторъ Вильгельмъ, какъ извѣстно, человѣкъвъ высшей степени религіозный, нравитъ самыми невѣрующими во всемъ христіанскомъ мірѣ подданными. Но намъ еще придется говорить объ этомъ, а теперь возвратимся къ Берлину. Лишь только вы вступаете въ этотъ городъ, какъ васъ сейчасъ со всѣхъ сторонъ охватываетъ отвратительный запахъ, какая-то смѣсь разнообразныхъ зловоній, кото- рая особенно даетъ себя чувствовать въ зкаркое лѣтнее время. Лишь только изъ вагона успѣешь пересѣсть на берлинскія ,«дрозкки», такъ тотчасъ начинаешь невольно огляды- ваться во всѣ стороны, надѣясь не тамъ, такъ здѣсь, избавиться отъ зловоній. Но куда вы ни обернетесь, куда бы вы ни отправились, гуляете-лп вы по Тиргартену, этому Гайдъ-парку Берлина, дѣйствительно огромному и прекрасному здѣшнему парку, нахо- дитесь-ли въ противуполозкной отъ него сторонѣ, въ Фридрихсъ-Гайнѣ (роща Фридриха, въвосточной части), отдыхаете-лп на одной изъ скамеекъ « Шіег йен Ілпсіеіи — этой лучшей улицы Берлина, пли бродите въ безлюдной части города, — отвратительный запахъ преслѣдуетъ васъ всюду. Это зловоніе происходптъ главнымъ образомъ отъ канавъ, нро- рытыхъ по обѣимъ сторонамъ улицы, на днѣ которыхъ толстый слой грязи разлагается подъ вліяніемъ солнечныхъ лучей и медленно стекаетъвър.Шпре. Въ болѣе населенныхъ' частяхъ города, а также и тамъ, гдѣ пересѣкаются улпцы, эти канавы отчасти прикрыты толстыми, неприбитыми досками; вънѣкоторыхъмѣстахъ черезънихъ перекинуты мостики, но кромѣ нихъ берлинскія канавы, которыя тянутся на нѣсколько сотенъ миль, совер- шенно открыты, и тряпичники постоянно роются въ пхъ жидкихъ нечистотахъ, устраи- ваютъ запруды, чтобы остановить двизкеніе, а дѣти по маслянистой поверхности этой грязной жидкости пускаютъ маленькіе кораблики съ бумаэкными парусами. Нѣмцы, ко- торые такъ щедро предаются возліянію нива, нерѣдко протрезвляются ночью въ этихъ канавахъ. Доктора и санитары употребляютъ всѣ усилія, чтобы побудить администрацію предпринять что-нибудь для очищенія столицы, и предсказываютъ въ близкомъ будущемъ появленіе жесточайшихъ эпидемій, въ родѣ тѣхъ, которыя въ средніе вѣка опустошали города; но власти остаются глухи ко всѣмъ воплямъ и воззваніямъ, такъ какъ сумма, ассигнованная для ассенизаціи города, въ высшей степени ограничена. Но чтобы еще нагляднѣе выяснить себѣ причину зловоній Берлина, сдѣдуетъ хотя нѣсколько минутъ погулять но набережной Шпре, которая течетъ въ центрѣ города и дѣлитъ его на сѣ- верную и южную часть. Стоитъ только взглянуть на воду этой рѣкп, и вы содрогнетесь *