b000000211

46 съ каждымъ днемъ, что мой гояосъ дальше разносится по улицамъ, чѣмъ его старый и дрожащій, что я легче могу нагнать прохожаго, живо показать ему сразу весь товаръ. Отецъ сталъ завидовать мнѣ, придрался къ первому пустяку и прогналъ меня. Я на- всегда покинулъ родительскій кровь, запялъ шесть шиллинговъ и телѣжку. Этого для насъ совершенно достаточно, чтобы сдѣлаться самостоятельнымъ. И то правда, хотя у меня не было ни золота, ни серебра, но за то было много выдержки. Уличнымъ торгов- цемъ нужно родиться; нужно умѣть кстати рискнуть, имѣть тактъ и смыслъ, когда и чего больше купить, иначе вѣчно останешься жалкимъ бродягой, который, каждый разъ, презкде чѣмъ отправиться торговать, долженъ занять все: и корзинку, и вѣсы, и тѣлеж- ку, и самый товаръ. Въ шестнадцать лѣтъ мнѣ наскучило вести уединенную жизнь и пришла мысль жениться. Для этого я отправился однажды вечеромъ въ танцовальный ' залъ, гдѣ, какъ я слышалъ, устраиваются сердечныя дЬла. Тамъ я встрѣтилъ много молодыхъ дѣвушекъ, заработывавшихъ свой хлѣбъ уличною торговлею. Дѣвушки нашего класса здоровы, сильны и красивы. Одна изъ нихъ сразу обратила на себя мое вни- маніе. Ловко сидѣвшая на ней коротенькая юбка позволяла видѣть хорошо обутую ногу, а мы торговцы прежде всего любимъ видѣть на женщинѣ хорошую обувь. Это была бѣлокурая дѣвушка съ свѣжимъ лицомъ. Правда, другой нашелъ бы, что голосъ ея хриплый, но мнѣ это еще болѣе понравилось въ ней, это доказывало, что она храбро кричала на улицахъ и могла торговать безъ чужой помощи. Я тотчасъ угостилъ ее и, когда кончился вечеръ, предложилъ проводить ее до дому и снести ея корзинку. Она согла- силась, и черезъ недѣлю мы уже поженились и наняли комнату за четыре шиллинга въ недѣлю. Днемъ каждый изъ насъ занимался торговлею, вечеромъ мы иногда ходили въ танцовальныя залы, въ концерты и театры въ пенни. Мы уличные торговцы очень лю- бимъ развлеченія. Наша жизнь такая мрачная, дѣловая, что мы ищемъ случая развлечься. Наша торговля нроцвѣтала, моя жена была образцовою женщиной; она содержала комнату въ чистотѣ и была необыкновенно предпріимчива въ торговлѣ. Наши жены во- обще гораздо лучше насъ; онѣ не играютъ, а насъ игра совсѣмъ губитъ. Игра и пьян- ство — пороки, которые мы, дѣти улицы, всасываемъ съ молокомъ матери. Я считалъ подлымъ бить такую хорошую жену, но, когда я былъ пьянъ, я нерѣдко поднималъ на нее руку, хотя на другой же день раскаивался въ своемъ дурномъ обращеніи. Я вамъ говорю все откровенно, какъ худое, такъ и хорошее, но когда вы опишите мою жизнь, я васъ прошу, не говорите объ этомъ. У насъ было трое дѣтей, всѣ они, разумеется, сдѣлались уличными торговцами и въ настоящую минуту всѣ они торгуютъ самостоятель- но, и давно уже не живутъ со мною. Но когда я ихъ встрѣчаю на рынкѣ или на улицѣ, мнѣ никогда не приходится краснѣть, что я не выполнилъ относительно нихъ своихъ обязанностей. Теперь моя мечта нанять лавочку для продажи плодовъ. Нѣкоторые изъ моихъ товарищей уже достигли этого и имѣютъ свой голосъ на выборахъ, тѣмъ не ме- нѣе они не отвернулись отъ меня, и я но прежнему ихъ пріятель». Маленькіе мальчики, снующіе по всѣмъ направленіямъ Лондона съ газетами въ рукахъ, въ высшей степени характерное явленіе лондонскихъ улицъ. Несмѣтное число дешевыхъ газетъ и копѣечныхъ листковъ въ Лондонѣ породило цѣлый классъ людей, занимающихся ихъ продажею. И гдѣ вы только ни встрѣтите этихъ мальчиковъ въ обор- ванной одеждѣ, съ лицомъ въ синякахъ и съ пукомъ газетъ нодъ мышкою? Кажется рѣшительно нѣтъ такого мѣста въ столицѣ; они на всѣхъ станціяхъ подземной и над- земной желѣзной дороги, на пароходахъ, мостахъ, у входовъ всѣхъ зданій. Они кричатъ прямо въ уши, бѣгутъ за прохожимъ и за проѣзжающимъ, отважно карабка- ются на верхъ вагона и всегда успѣваютъ въ одну минуту разсовать сидящимъ множест- во нумеровъ. Публика не успѣваетъ расплатиться съ мальчикомъ, который не долженъ