b000000211

43 пршадлежитъ: Ковентгарденъ, Бедфордъ-скверъ, Рёссель-скверъ и нѣсколько другихъ; однимъ словомъ , вся сѣверозападная часть Лондона — его собственность. Можно себѣ пред- ставить, какой доходъ долженъ получать герцогъ Бедфордскій, когда одинъ акръ (полъ десятины) земли въ Лондонѣ стоитъ сто тысячъ ф. ст., а въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ наприм. вблизи Вестминстера — 170 тысячъ ф. ст. Земля въ Лондонѣ обыкновенно не продается, а отдается въ аренду на 99 дѣтъ. По истеченіи срока аренды, всѣ выстроен- ные на его землѣ дома дѣлаются собственностью землевладѣльца. Такимъ образомъ гер- цогъ Бедфордскій и все его потомство съ полною увѣренностью всегда могутъ разсчи- тывать ворочать милліонами. Герцогъ Бедфордскій не только крупный землевладѣлецъ, но и владѣлецъ огромнаго числа домовъ въ одной изъ лучшихъ частей города. Такимъ обра- зомъ въ Лондонѣ вся земля находится въ рукахъ немногихъ лицъ, которыя поэтому страшно богаты. Однако вернемся ко времени Эдуарда VI. Когда тогдашній герцогъ Бедфордскій нолучилъ въ свое владѣніе Ковентгарденъ, ти- хій монастырскій садъ быстро превратился въ одинъ изъ самыхъ веселыхъ и фешенебель- ныхъ кварталовъ Лондона. Герцогъ построилъ себѣ здѣсь дворецъ. Вскорѣ первыя яблоч- ныя торговки заняли различныя мѣста у Ковентгарденскаго дворца. Черезъ нѣсколько лѣтъ торговки сдѣлались смѣлѣй и стали превращать свои столики въ настояіція лавки. Брань, крики, шумъ съ восходомъ солнца — будили жителей замковъ; запахъ овощей портилъ имъ аппетитъ. Рынокъ съ каждымъ годомъ увеличивался, и вмѣстѣ съ этимъ усиливался и шумъ. Кончилось тѣмъ, что аристократы выселились и уступили мѣсто рыночной черни. Торговки вытѣсншпі герцога Бедфордскаго, но онъ былъ не такой чело- вѣкъ, чтобы упустить изъ виду свою выгоду. Онъ застроилъ тенерешній рынокъ галле- реяыи и аркадами, устушпгь всю площадь торговцамъ, которые платили ему аренду, и такимъ образомъ къ своимъ громадный доходамъ онъ сдѣлалъ еще огромную прибавку. Если хотятъ видѣть Ковентгарденскій рынокъ въ надлежащемъ видѣ, нужно выйти изъ дому очень рано. Около шести часовъ утра на немъ уже полная дѣятелыюсть. Большія, тяжелый телѣжки, которыя ночью катились по улицамъ, выгружаютъ теперь здѣсь свой товаръ. Корзины пахучихъ южныхъ фруктовъ распаковываются въ лавкахъ. Атамъ,на срединѣ, безпрестанно передетаютъ съ одного мѣста на другое желтыя коренья съ пуч- ками зелени, большія ядра капусты и рѣпы,— зелень сортируютъ и убираютъпокучамъ. Люди въ кожанныхъ передникахъ разгружаютъ телѣги съ различныхъ станцій желѣз- ныхъ дорогъ. Вотъ горохъ съ полей прекрасной Нормандіи; здѣсь каштаны изъ Нидер- ландовъ; тутъ стоитъ то, что привезла юзкная желѣзная дорога: яблоки, вишни съ ост- рова Джерзея; тамъ виноградъ изъ Германіи; дальше дыни и апельсины изъ Испаніи и и Португаліи. Но еще больше привезено сюда овощей и цвѣтовъ изъ садовъ иогородовъ, окружающихъ Лондонъ. На границѣ предмѣстій, посреди еще немощенныхъ улицъ, не внол- нѣ отстроенныхъ домовъ , не совсѣмъ готовыхъ газовыхъ и водопроводныхъ трубъ , — вы ви- дите математически точно размѣренныя полосы земли, мелькаютъ стекла парпиковъ, — это и есть знаменитые рыночные огороды и сады Лондона. Между тѣмъ, какъ вездѣ со- бираютъ одну жатву, здѣсь посредствомъ искуственной обработки и обильнаго удобренія получаютъ пять жатвъ. Но возвратимся къ Ковентгардену. Около семи часовъ утра по- являются телѣги, нагруженныя ароматическими травами. Сотни уличныхъ продавцевъ съ телѣжками ручными или запряженными ослами, или съ корзинками на головѣ, пред- ставляющими родъ башни, стоятъ, тѣснясь около овощей. Нагрузивъ себя товарами, они съ шумомъ расходятся по кофейнямъ. Къ восьми часамъ становится тише. Большія те- лѣги, которыя привезли плоды и овощи, исчезли; телѣжки, запряженныя ослами, и тор- говцы съ корзинами на головахъ разбрелись въ тысячи улицъ разносить свой товаръ. Теперь начинаютъ мыть рынокъ. Артезіанскій колодезь въ двѣ минуты нанолняетъ водою