b000000211

201 нависть къ своему эксплуататору. Подышавъ въ дѣтствѣ иѣсколько лѣтъ фабричного атяосферою, онъ рано развращается. Фабричныя женщины пользуются такою дурного репутаціею, что, разъ потерявъ возмо;кность работать на фабрикѣ, онѣ уже никогда не получатъ мѣста въ-семействѣ, гдѣ ихъ избѣгаютъ, какъ чумы. Духота и жарь въ ма- стерских г ь уничтожаготъ аппетитъ и возбуждаютъ лгажду, которую рабочіе, какъ муж- чины, такъ и женщины, рано нривыкаютъ удовлетворять неиомѣрнымъ употребленіемъ крѣпкихъ напитковъ. Ясно, что при такомъ положен! и дѣлъ трудно сохранить нрав- ственность и еще труднѣе уберечь здоровье. Всѣ органы чувствъ рано новрелсдаются : въ душной атмосферѣ, пропитанной міазмами вслѣдствіе того, что въ одной и той же ком- натѣ много народу, но еще болѣе отъ переработываемыхъ матеріаловъ, изъ которыхъ калсдый имѣетъ свой особый запахъ, подымается пыль, которая засоряетъ дыхательные органы, возбуясдаетъ тошноту, портить пищевареніе, производить воспаіеніе глазъ и легкихъ, притупляетъ обоняніе. Постоянный шумъ гибельно дѣйствуетъ на органъ слуха, быстро и вѣчно движущіяся колеса лишаютъ рабочаго членовъ и нерѣдко ул:е въ молодости калѣчатъ его на всю жизнь. Не даромъ одинъ ученый называетъ англійскія фабрики «умѣренною каторгою», другой находитъ, «что ангіійскіе рабочіе терпятъ на фабрикахъ мученія, которыхъ не можетъ существовать и въ аду». Работы на фабрикахъ, гіродоллйавшіяся какъ мы видѣли 18, 19 и 20 часовъ еще нѣсколько лѣтъ тому назадъ, теперь сокращены до 10-ти. Въ настоящее время запре- щено также работать дѣтямъ до наступленія 8-ми лѣтняго возраста. Съ 8-ми до 13 лѣтн. возраста дѣти могутъ работать только 6 1 / 2 часовъ въ сутки. Но, несмотря на всѣ эти предписанія и законы, эксплуатація со стороны фабрикантовъ существуетъ и те- перь. Это болѣе всего происходитъ потому, что рабочихъ, желающихъ трудиться всегда больше того, сколько ихъ нулшо для владѣльцевъ фабрикъ. Фабрикантъ-капиталистъ знаетъ, что если сегодня отъ него отойдетъ рабочій вслѣдствіе его несправедливости, то завтра на его мѣсто найдется новый, котораго голодъ заставить помириться съ самыми вопіющими несправедливостями. Еъ тому яге молодое поколѣніе нынѣшнихъ работни- ковъ еще долго будетъ нарождаться отъ людей, совсѣмъ выродившихся въ физическомъ отношеніи. Нынѣшнее поколѣніе рабочихъ заморено долгими часами работы на фабри- кахъ, дурного нищею, плохимъ уходомъ матерей и опіумомъ, которымъ ихъ безпре- станно пичкали въ дѣтствѣ и который въ огромномъ количествѣ подмѣшивали въ ихъ пищу, лишь бы они были снокойнѣе, когда останутся дома одни. Относительно опіума замѣтимъ, что его даготъ въ огромномъ количествѣ не только дѣтямъ, но потребленіе его даліе между взрослыми работниками и работницами съ калгдымъ днемъ распространяется сильнѣй, какъ въ земледѣльческихъ округах?,, такъ и въ фабричныхъ. Развить про- даиіу опіума радулгаая мечта нѣкоторыхъ преднріимчивыхъ крунныхъ торговцевъ. Дро- гисты (москательные торговцы) считаготъ оніумъ главной статьей своей торговли. Груд- пыя дѣти, принимая его, превращаются въ маленькихъ старыхъ человѣчковъ, сморщи- ваются, какъ обезьяны. Чѣмъ же моліетъ фабричный юноша вспомнить годы дѣтства? Онъ не зналъ семьи, не зналъ родительскихъ ласкъ: до семи, восьми лѣтъ онъ, холодный и голодный, бѣ- галъ но улицамъ, роясь въ навозныхъ кучахъ; съ семи, восьми лѣтъ онъ началъ рабо- тать и уже не переставалъ до старости. При этомъ ему никогда не оставалось свободной минуты порѣзвиться, подышать свѣншмъ воздухомъ; у него старались дал® оттянуть время отъ сна и ѣды. Когда наконецъ настуналъ воскресный день, онъ, разбитый и утомленный непосильной работой за цѣлую недѣлю, бросался въ постель и проводилъ въ ней весь воскресный день, удрученный но нривычкѣ только одной мыслью, какъ бы не проспать урочнаго времени.