b000000210

392 Глава пятая Казалось бы, мы могли бы не говорить, например, об иллюминациях и фейерверках, однако, как в этом легко будет сейчас убедиться, без этого ни с фор- мальной, ни с политической стороны мы не поймем характера оперно-балетных спектаклей данной эпохи. Иностранцы, описывавшие блеск нашего двора ХѴІІІ века, говорили о том, какие, очевидно, громадные суммы сжигали мы, расходуясь на фейерверки и иллю- минации: мы поражали этим даже привыкших к рос- коши и блеску европейцев. Если же мы обратимся к описанию наших увеселительных огней (М. Ровин- ский. Описан, фейерв. и иллюмин. СПБ. 1903. стр. 179 и след.), то увидим, что площадь, отводи- мая для фейерверков, занимала,обычно, 125 X 500 фу- тов, что для них на берегу Невы был выстроен специальный постоянный „театр", над сооружением которого, в течение 10 недель, трудились 2000 чело- век, что для зажигания огней „задалживалось" до 500 человек, что, кроме обычных фитильных щитов, колес, ракет, и пр. пиротехнических хитростей, при них употреблялись сложнейшие театральные машины, сдвигавшие, раздвигавшие, спускавшие и поднима- вшие различные панно и, наконец, механические подвижные фигуры и живые исполнители. Дело это было крайне трудное, не даром у нас, как и при западных дворах, для этого имелся специаль- ный штат, во главе которого стоял известный ака- демик Яков Штелин. Иллюминация и фейерверк, обычно, сопровождали друг друга. О том, какое