b000000210

Глава вторая и игрецов, и их игру чем-то органически своим. Кроме того, все игры и обряды строятся таким образом, что каждый из присутствующих может оказаться корифеем в любой момент: он знает весь „чин" так же, как его знают исполняющие его на этот раз; исполнители ответственных „ролей" чаще всего избираются из среды окружающих. Ни один свидетель свадебного обряда или какого- нибудь ярилина празднества не присутствует безу- частно: он поет, шумит, вступает в перебранку, участвует в процессии, несет какой - то аксес- суар, держит необходимую утварь, одалживает нуж- ную вещь и т. д., и т. д. — трудно пересчитать все бесконечно разнообразные и вместе с тем эле- ментарные формы участия. И в то же время он любуется невестой, женихом, русалкой, он смеется выходкам старика, гуляющего в дурацкой маске. Это поистине „театр для себя", т. -е. для данного коллектива, для данной семьи, деревни, волости, округа, как и вся жизнь этого коллектива есть тоже только „жизнь для себя", т.-е. замкнутая в себе. 26. СУДЬБА ПЕРВОБЫТНЫХ ОБРЯДОВ Н ИГР Нам еще остается коснуться судьбы описанных обрядов и игр. Как общее положение следует при- нять, что они вымирают: однако, доживая свой век, они тем не менее впитывают новые и новые вкра- пления, присоединяя их к сложившимся формам.