b000000194

и государствами, начиная со степняков-кочевников и кончая Византией. Но как сам Мономах, так и Всеволодоро племя вообще не характеризовались в книжности только с лучших „добрых“ сторон. Отмечены были и недостатки в нх душевном облике и деятельности, хотя и здесь чувствовалось снисжождение к этим слабостям и грехам. Так, в некрологе Всеволода Ярославича (1093 г.)» частично приведенном выше, после сбьівшегося предсказания его отца о великокняжении и похо- ронах, рядом читаем: „сему (Всеволоду) приимшю послеже всея братья стол отца своего, по смерти брата своего седе Кыеве, княжа; и быша ему печали больше, паче неже седящю ему ГІереяславле. Седящю бо ему Кыеве, печаль быстъ ему от сыновець (племянников) своих, яко начата ему стужати, хотяще власти, ов сея, ов же другыя; сей же смиривая их, раздаваіге волости нм. В сих же печали всіаша и недузи ему, и приспевше старость к сим. И нача любити смысл уных,. совет творя с ними; си же начата и эаводити, и нача негодо- вати дружины своея первыя, и людемъ не доходити княже правды. И начаша тиуни его грабити люди и продаяти, сему же не ведущю в болезнех своих“. В тех же слабостях приблизительно современники упре­ кали и Всеволодова сына, Владимира Мономаха. Имеем в виду митрополичье послание Мономаху, содержащее рядом с похва­ лой князю и существенные упреки. В этом послании замечательная характеристика Владимира Мономаха принадлежит митрополиту киевскому Никифору, современнику я свидетелю второй половины его жизни, вте- чение семнадцати лет лично общавшемуся с князем (1104— 1121). В 1108 г. великий князь Святополк — Михаил Изяславич, повелел митрополиту Никифору вписать киево-печерскогсѵ игумена Феодосия в синодик для повсеместного номиновенин (акт, предваряющнй возведение в национальные, русскне святые). В 1112 г., по просьбе же киево-печерской братии, Святополк велел митрополиту поставить намеченного ею игумена на место прежнего, взятого во епископы. В 1113 г. 47