b000000186

46 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 47 П О Н О М А Р Ё В Вспоминается и такой эпизод. Идёт комсомольская кон- ференция. Заканчивается. Все с энтузиазмом поют гимн. Партийный гимн. Как обычно. Но энтузиазма в исполнении было больше, чем музыки. Он послушал, послушал, вклю- чился, а потом говорит: « Нет, давайте петь правильно!» И все четыреста человек настроились как-то и стали петь правильно. Он не терпел никакой фальши. Требовал постоянной про- зрачности в деятельности любого руководителя. Я работал уже в областном управлении сельского хозяй- ства. И вдруг звонок: « Вы можете появиться?» — « Да». Че- рез несколько минут я у него. Анализирует сельскохозяй- ственную сводку. Он, помощник, ещё там кто-то. «Что вы можете сказать об уборке зерна? Вот сегодняшняя сводка, её проанализировали и говорят мне, что убрано больше, чем вы отмечаете в своей сводке». — «Ну, это же оператив- ная сводка». Я как-то пытаюсь объяснить. «А кто вас учил обманывать партию?» — прозвучало строгое замечание По- номарёва. Он любил докапываться до сути вопроса. Искал и находил толкового собеседника, который бы знал дело из первых рук, а не понаслышке. Сверял с этим специалистом свои представления. Я не помню случая, чтобы вот такое изуче- ние, — а это по-настоящему изучение конкретной ситуа- ции, — останавливалось бы на полпути, где-то там на стадии «приблизительно» или «около того». Поэтому, когда разбор был с его участием, — скажем, мелиоративного строитель- ства, а это довольно сложный вопрос, — он основательно готовился. Приходилось вместе с ним ездить в центральные орга- ны с годовыми планами, с пятилетними. Он мастерски за- щищал интересы области, поскольку готовился к такому разговору. Он очень ответственный был человек, скрупу- лёзный, поэтому его нельзя было смутить какой-то цифрой или неожиданным вопросом. Проблемы он знал изнутри. После рассмотрения на бюро обкома основных вопросов шли персональные дела. Это очень тяжёлое, вообще, дело — рассмотрение вопроса о провинившемся. Он же ведь не всег- да злоумышленник. Тут требуется чуткость, внимательное от- ношение. Иногда достаточно просто пожурить, и человек на всю жизнь запомнит этот урок. Но однажды бюро рассматри- вало вопрос о привлечении к ответственности проворовав- шегося руководителя. Беспощадная была оценка. Никогда не забуду, как Пономарёв резко сказал: «Положите партбилет». Он готов был многое понять и простить, но только не воров- ство, стремление к обогащению. Совершенно беспощаден был в этом смысле. Если говорить о требованиях к поведению коммуниста, то вспоминается такой случай. Заслуженный директор одного владимирского предприятия, нисколько не нарушая закон, получил за год двадцать пять окладов премиальных. Его персональное дело рассматривали в бюро. «Объясните, по- чему вы получили премию за сдачу чёрного металла?» А он говорит, что полагается, мол, Михаил Александрович, в со- ответствии с таким-то директивным указанием министер- ства. «Так, хорошо. А за цветной металл почему вы премию получили?» Он опять объясняет, что вот, мол... Но поскольку он был директором-флагманом, то на его примере показа- ли всем остальным руководителям, как не растерять в этом деле скромность. «Вам что, обязательно сто процентов этой премии? У вас что, на хлеб не хватает?» Вот, примерно таким образом. Я думаю, что однажды рассмотрев этот вопрос, можно быть твёрдо уверенным, что таких вещей больше не повторится. Михаил Александрович очень скрупулёзно работал с до- кументами, потому что ценил слово и время. Я до сих пор помню одну фразу, которую я записал в предлагаемом про- екте. Я написал: « Рыхлая партийная организация». — «Ты где взял это?» А я говорю: «Из «Правды». — «А ты думаешь, что в «Правде» умнее, чем мы с тобой здесь сидим? Уберём это».