b000000186

174 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 175 П О Н О М А Р Ё В тийного руководителя является умение подойти к людям, вовремя заметить незаурядного человека, найти ему место в общем трудовом строю. Таким человеком, учителем по образованию, человеком души, был Михаил Александро- вич Пономарёв. Я познакомился с ним в 1966 году при несколько необыч- ных и тяжёлых обстоятельствах. Я исполнял обязанности директора совхоза, когда тот был на учёбе. Вставал я очень рано — в пять утра. Сразу шёл к телятнику. Подхожу как-то, гляжу — лежат трупы: два телёнка, три телёнка, четыре телён- ка. И это стало происходить каждый день... Я в ужасе. Спра- шиваю с зоотехника, бригадира, заведующего, управляюще- го: «Что же делать?» Но беда была в том, что у нас не было своего ветврача, а без него это — пустая работа. И к кому я только не обращался! В районное сельхозуправление, в об- ластное: «Ну, дайте нам хоть временного, хоть какого ветвра- ча, чтобы прекратить этот падёж». Все безрезультатно. Сели мы с главным зоотехником, говорю: «Давай с тобой подсчитаем, сколько мы терпим убытка на этом падеже и сколько мы могли бы дать дополнительно району и области, да и всей стране мяса». Чуть не ночь сидели, но экономические выкладки сдела- ли. Подсчитали, сколько мы могли бы нарастить на каждой голове, какие привесы получили бы, какой был бы забой, по какой цене бы реализовали. Принял решение: пойду к первому секретарю обкома партии. Приезжаю. Но попал неудачно. В этот день проводился то ли пленум обкома, то ли партактив. В приёмной мне сказали, что Михаил Алек- сандрович зашёл в кабинет лишь на несколько минут, что- бы позвонить в ЦК, и меня вряд ли примет. Я настаиваю, говорю: «Мне и трёх минут хватит. Доложите, что пришёл такой-то и такой-то». Она отвечает: «Я не буду докладывать». Я упорствую: «Я прошу вас, доложите. Молодой коммунист такой-то». Одним словом, пустили меня в высокий кабинет. Захожу, представился. «Вам от силы пять минут», — говорит Михаил Александро- вич. «Мне и трёх минут хватит». И я ему даю выкладку, что мы составили с зоотехником. То, другое, третье, четвёртое. Я говорю: «Мы ищем мясо, где-то ищем, рассчитываем. Вот оно, мясо, — и показываю на расчёты. — Вот оно, молоко, вот оно всё. А мы его ищем. Я хочу сказать, что никому не нужно наше хозяйство. Такой падёж идет. Знает и областное управ- ление, и районное, и никому мы не нужны!» А он: «Слишком рано, молодой человек, делаете выводы, что никому не надо. Надо! И не одним вам надо». Я говорю: «Я не буду у вас зани- мать время, дайте ветврача. Я и так у вас уже больше трёх минут занял». А он мне: «Давайте говорить дальше, ничего страшного. Как обстоят дела у вас со строительством?» — «Беда, жить негде!» Рассказываю. Я тогда жил на квартире. Ни специалистов пригласить, нимеханизаторов — жить-то негде, ничего не строится. Я у Чаадаева Константина Николаевича, заместителя областного начальника, не раз бывал, просил: «Дайте то, другое, третье». С кадрами, вообще, плохо. Нет лишней доярки, нет возможности отдохнуть ей, бедной. Она хоть бы один день в неделю отдохнула. Некем заменить! Вывалил всё это, а Михаил Александрович встал, пожал мне руку: «Спасибо за беседу. Только, я прошу вас, у вас есть недостатки: вы молодой партиец, а надо соблюдать партий- ную дисциплину». И пошёл продолжать совещание. И первое, как мне потом рассказали, что произнёс, вернув- шись в зал, было: «Дорогие товарищи, вот мы с вами здесь сидим и умные речи говорим. А у меня сейчас был один со- всем зелёный коммунист. И он не вошёл, он ворвался ко мне в кабинет, заставил меня принять его. И вот его расчёты. Вот где мясо — в совхозе «Калининский», Василий Михайлович, — на Ковалёва показывает, — а вы ищете мясо. Вот сколько мяса только с одного совхоза! Вы что, не найдёте ветврача? Он про- сит хоть на две-три недели. Завтра чтоб там был ветврач!» На следующий день к нам приехал пожилой очень врач. Говорит: «Меня командировали к вам хотя бы на месяц».